Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 152 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Марина только хмыкнула. Вроде бы — очередная наивная фигня. А вроде бы — внутри так спокойно стало. Вот как это, значит — быть частью чего-то большего.

А монашка продолжила:

— Мне больше интересно, зачем ты в бой полезла. У тебя ни навыков, ни характеристик, нифига. Прибили бы, и всё. Кому и что ты этим доказать хотела?

Марина пожала плечами. И что тут сказать? Правда ведь хотела. Доказать — и им, и себе — что стоит чего-то. Пусть и поняла это не сразу. Вот только, признаваться в этом монашке она не собиралась. Тоже блин, психологиня доморощенная. Очки надела и думает, что самая умная.

— Вот пусть Никита видит, что я даже без прокачки полезная, — буркнула она первое, что пришло в голову. — Сейчас эссенции съем — вообще буду полезнее вас всех вместе взятых. Так что, не сомневайся — Никита будет моим. Я моложе. Я — сексуальнее. Вот.

Прозвучало жалко, Марина ощутила себя дурной малолеткой, несущей полную бредятину в споре с такой же тупой одноклассницей. «Щас как пну — на ту крышу улетишь! У меня брат в спецназе работает! И вообще — я со студентом дружу, ему двадцать!»

Выручила монашка:

— Знаешь что? Все любят молодую картошку, вот. А… А жарят — старую!

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, заливаясь краской всё больше и больше. Ну точно, блин — прямо как две школьницы.

Хотя, нет. В отличии от школьниц, они обе прекрасно понимали, какими идиотками выглядят со стороны. Не дай бог, Илья с негром их слышали…

— Вот, вроде бы это ты сказала, — произнесла Марина, все силы убив на то, чтобы голос звучал отстранённо. — А стыдно почему-то мне.

— Знаешь, — отозвалась Лена. — Аналогично.

Марина рассмеялась первой, запрокинув голову и вцепившись руками в перила. Будто боялась упасть. Лена не выдержала — фыркнула и улыбнулась, смахнув с лица непослушную прядь. И — присоединилась к Марине.

Неприятно было признавать, но смех у неё был приятный — звонкий, даже мелодичный какой-то. Как у эльфийки, блин. Лена смеялась красиво и заразительно, и остановиться они обе смогли не сразу. Кажется, в этом уже было что-то истеричное.

— Картошка, — простонала Марина. — Блин, ладно. Никиту как-то придётся делить, мы обе это понимаем. Тут извини — на войне все средства хороши. Я уступать не собираюсь, ни по старшинству, ни… Короче — вообще никак. Это свободная конкуренция, подруга.

— Тамбовский волк тебе подруга, — буркнула Лена. Из её уст это прозвучало неожиданно органично. — Эссенции принимай давай, нам скоро выходить.

— Я в процессе. Ломку в бане пережду. Мне… Не хочу, чтобы кто-то смотрел, как мне фигово.

Лена просто кивнула. В её глазах, кажется, даже мелькнуло понимание. Они тут, если не считать Никиту, самые старшие. Единственные взрослые женщины. И показывать перед студентами слабость, выглядеть разбитыми и жалкими, не хочется им обеим.

— Еду с собой возьми, — сказала она. — И воду.

— Да, хорошо.

И вот — Марина в бане.

Правда, пошла она сюда не только потому, что не хотела проходить через ломку прокачки под чужими взглядами. Вчера, когда они ели шашлыки, Никита сказал, что приветствует любые эксперименты с Системой и её правилами, чтобы больше узнать о том, как теперь работает мир.

И Марине вдруг пришло в голову — а почему эссенции нужно есть? Что им требуется, чтобы раствориться? Слюна, или просто слизистая? Если последнее — так слизистая есть не только во рту. Так почему бы не попробовать другие, хм… пути поглощения.