Книга Долг человечества. Том 6, страница 12 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

Выходило так, что я просто открещивался от этой идеи, при всех ее очевидных, лежащих на поверхности плюсах. А разумного и внятного ответа, почему мы этого делать не будем, людям я не давал. Экая заковыка.

— Насчет коммунистов. — Набрал я в легкие побольше воздуха. — Я не отказываюсь, но и впопыхах решений принимать не хочу. Понимаю, с моим решением кто-то может не согласиться, и разделять тяготы и трудности не пожелает, избрав своим ориентиром в ближайшие пару дней длительный переход и вливание в его фракцию, но прямо сейчас централизованного перехода не будет, я хочу чтобы это понимали все и не строили догадок.

Муромец было раскрыл рот, желая додавить лидера, презентовать плюсы, все-таки я могу его понять, он радеет за своих людей, оставшихся далеко на севере, а привести дополнительные восемнадцать человек с полезными навыками и в среднем высокими уровнями считал выгодной идеей, но я не мог на это согласиться, по крайней мере не сейчас.

Повисла длительная пауза, нарушаемая лишь бурлением порогов неподалеку, шуршание листвы и треск поленьев в огне. Мне пришлось продолжить, негоже оставлять мысль незавершенной, открывая горизонты вольнодумству предоставленных самим себе опечаленных утратой людей.

— Поступим следующим образом. Засветло сделаем разведку, — отблеск пламени подсветил мое лицо, — определимся с местом, разобьем временный лагерь, ничего капитального, но по минимуму вернем комфорт в наши жизни.

Слушали меня внимательно, уточняющих вопросов не задавали. Такова моя участь — в неопределенности и смуте одному единственному человеку и карты в руки, освободиться от бремени дум и довериться кому-то, кто не подводит, это стратегия спасения собственной менталки. Я был этого лишен, естественным образом выступая компасом.

— Долину мы обязательно вернем. — Ответил я на невысказанный вопрос. — Неважно, как повернется и где мы окажемся, само по себе место весьма примечательное, чтобы так легко с ним расстаться. В конце-концов, я не позволю каким-то псинам спать в наших кроватях. Однако, действовать наобум тоже не выйдет, мы не главные герои этой истории, и даже не в массовке. Так, статисты в лучшем случае, так что само провидение жалеть нас не будет.

— Ты про книжную «сюжетную броню»? — Спросил Егор. — Знаешь такое, когда читаешь книгу, а там главный герой никогда не умирает, вопреки.

— Именно так. — Хмыкнул я. — Давече подсел на произведение одного мужика, Сбой реальности называется, так там герой трижды умирал, а оказывается, не умирал вовсе. Автор так решил.

— Довольно депрессивно звучит. — Сказала Катя. — Твой посыл в том, что нам так и так конец?

— Нет, почему же, — отнекивался я, — я лишь призываю к благоразумию и действиям не импульсивным, но продуманным, с обозримыми последствиями, прогнозируемыми, с наилучшими шансами и наивысшей наградой.

— Знаете, слушаю я вас, — вклинилась Агнесса, — и начинаю понимать, почему вы так долго прожили.

— Что такого примечательного в нашем разговоре? — Не понял ни я, ни остальные, так что вопрос этот в различных формулировках прозвучал несколько раз.

— Ну, — взялась отвечать темноволосая, — я много раз видела это. Пяткой в грудь себя постучать, бубенцами позвенеть, и ринуться в лоб куда-то, куда волки гадить идти боятся. Так и помирали парни из моей фракции, а все потому, что действовали абы как, на авось.