Книга Кодекс Практика: Страница 1, страница 21 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Я неверяще протёр глаза, потом снова посмотрел на то место, где только что был камень. Это что вообще сейчас было? Магия? Иллюзия?

Первый парнишка ойкнул от неожиданности, воровато осмотрелся по сторонам, не заметил ли кто их шалости, и со смехом рванул прочь. Второй, также быстро окинув взглядом округу, бросился за товарищем, их смех быстро затих в лабиринте улочек.

Слова о культивации начали обретать некий смысл.

Стало быть, существует некий трактат, и вряд ли один. Вполне может статься так, что это какое-то руководство к действию, позволяющее делать из десятилетних мальчишек монстров, способных дробить кулаком камни. Едва я подумал о том, как бы такой раздобыть, как знакомое тепло вновь разлилось у меня на запястье. Браслет среагировал на мою мысль? Я в очередной раз шмыгнул в укрытие и крутанул браслет.

Он привычно раскрылся и на верхней грани устройства, которую было видно, был выгравирован символ, едва уловимо подсвеченный, будто слабой люминесценцией. Его смысл я однозначно понял.

Обнаружен ингредиент, положительно сказывающийся на чистоте тела.

Потенциальная полезность ограничена.

Дистанция: близко

— Эй, бродяга! Ты тут? — Услышал я знакомый голос. Фэн пришел, как и говорил.

Работать он начинает рано. Он меня не видел, но, полагаю, знает, куда я забрался, чтобы провести свою первую ночь в этом странном мире. Да и логично — куда бы я делся, без средств к существованию?

Я поспешно убедился, что моего сокровища не видно, потрогал его через ткань одеяния для успокоения и выглянул из своего временного убежища, стараясь придать лицу максимально почтительное и невинное выражение.

— Доброе утро, господин Фэн. — Поприветствовал я его, учтиво склонив голову. Я подсмотрел вчера, что люди тут так делают, когда обращаются к кому-то старшему или уважаемому. А он явно старше меня, да и после того, как накормил, как минимум достоин уважения.

— Хе, ну и рожа у тебя. Ничего, живой — и хорошо, — поржал надо мной бочкообразный лавочник. Кстати говоря, с ним действительно была бочка. Плотно закупоренная, здоровенная, которую он держал подмышкой так легко и непринуждённо, будто она была набита пухом. — Давай-ка ты мне, по существу, объяснишь, что с тобой вчера приключилось, а уж с работой потом придумаем чего.

Пока он говорил со мной, приготовления к рабочему дню в его рыбной лавке шли полным ходом. Он ловко расстелил и подвязал под козырьком бамбуковую циновку, внес бочку внутрь и, придержав её коленом, нанёс ловкий удар тыльной стороной ладони по деревянной крышке. Я видел, с какой силой и скоростью он это сделал, но бочка, ко всеобщему удивлению, не разлетелась на мелкую щепу. Крышка, поддавшись напору, выскочила из пазов, отскочила от стены и с грохотом упала на землю. Мужик силён, чёрт возьми. И бочка крепкая.

Промелькнула совершенно несвоевременная мысль: интересно, а кто сильнее, десятилетний пацан или этот здоровяк? Впрочем, сейчас не до неё. Мне нужно было срочно, прямо сейчас, на коленке, продумать свою легенду. С одной стороны, чем меньше я расскажу, тем мне будет спокойнее. Но не вызову ли я тем самым ещё большие подозрения? Вполне может быть. Активно шевеля мозгами, а на голодный желудок это давалось тяжело, я выдал на-гора первую пришедшую в голову версию: