Книга Бескрайний архипелаг. Книга VI, страница 76 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

— Почему сразу безумец?

Я высвободил рукав из цепкой хватки.

— Да вы сами посмотрите! Ряса на нём зелёная, а на груди крест висит размером с ладонь. И ведёт себя странно: глаза какие-то отрешённые, пустые, а руки мечутся, будто в лихорадке. То кулаки сжимает, то к небу тянется.

— Неужто священник пожаловал посреди ночи?

— Сомневаюсь сильно, — караульный покачал головой. — Класс личности у него — «Разбойник». Какой же это священник? Бандит ряженый! Не иначе как решил воспользоваться тем, что наши сегодня празднуют. Фрэнк вообще предлагает грохнуть его на месте, — он указал на сослуживца на вышке, в плечо которого упирался мушкетон. — Но сам ссыт. Вдруг этот чудак и вправду священник. Вот я и рванул офицера искать.

Интересно. Очень интересно.

— А зовут его как? — спросил я, направляясь к воротам.

— Янис Лацис, — ответил караульный, торопливо семеня рядом.

Вот так сюрприз!

— Фрэнк, опусти ружьё! Это свой человек. Откройте ворота!

Дверь со скрипом отворилась, и в поселение вошёл Янис. Диаконское облачение мешковато висело на его плечах. Охранники получили от него колючий взгляд и недовольное бурчание под нос. Янис покачал пальцем в их сторону и зашагал ко мне.

— Здрав будь, начальник. Давненько всевышний нас не сводил. Как дух твой? Не сник ещё?

— Крепчает с каждым днём, — ответил я, не скрывая удивления. — Ты где пропадал?

Янис замолчал. Во взгляде мелькнуло что-то неуловимое, затем по лицу прошла дрожь. Сначала в глазах загорелся животный страх, сменившийся болью. Потом пришла решимость.

— Испытание я отмотал, Макс. Господь за грехи мне по полной предъявил. Ой как предъявил! Но не сломал. С его помощью я выстоял, и теперь путь истинный открылся. Отведи меня, сын мой, к братве. Повидаться хочу с корешами.

Я кивнул в сторону таверны. Мы двинулись по пыльной дороге, где между казармами гулял вечерний ветерок, принося с собой запах жареного мяса.

Голос у Яниса изменился. Стал ровным, глубоким, проповедническим. Хриплый бас и блатные смешки куда-то делись.

— Скажи, почему только повидаться? Разве не хочешь остаться у нас?

— Некогда. Я почти всё время в церкви. Служба идёт без конца, люди тянутся. Я им на собственном примере доношу, что Бог не судья по понятиям. Он ведь по душе смотрит! Даже падшему шанс даёт. Отвечаю!

— Похвально, — я хлопнул его по плечу, ощущая под ладонью тощие кости. — А чего раньше не пришёл? И почему среди ночи решил навестить нас? Здесь направо свернём.

Мы вышли на главную дорогу. Из таверны вдалеке доносились песни и гортанный смех.

— Службой занят. А ночью, чё скрывать, захотелось воли ощутить. Епископ наш, святой человек, вина монастырского не даёт пригубить. А душа-то живая, хочет хоть глоток радости получить. Вот и решил, пока все спят, и с братвой словом перемолвиться, и каплю тепла в себя впустить.

— Ха, понятно. Вот мы и пришли.

Янис потер ладони и шагнул внутрь. На секунду воцарилась тишина. Потом взорвались удивлённые возгласы. А следом покатился смех.

Я развернулся и зашагал домой. Чуткий слух помог выхватить обрывки фраз из-за спины.

— Ну здорова, дьякон в законе! — гаркнул Густаво.

— Мастер Янис! Вы живы! — пищал Жекаруфлард.

— Э, братва, хары гундеть. Дайте чарочку лучше, чтоб дух мой окреп. А где Раджеш? Есть к нему базар, ровный без замысла лихого…