Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 224 – Ши Цзин

Последние слова прозвучали с особым нажимом. Цзян Сюэнин сразу поняла, что Се Вэй не только раскусил ее желание заручиться поддержкой Чжэн Бао. Это напоминало предостережение: не вздумай использовать этого евнуха, чтобы донести о мятежных замыслах Се Вэя.

Разумеется, она и не думала перечить.

— Благодарю за наставление, господин Се, – ответила девушка, опуская взгляд.

— Возьмите цинь. Попробуйте сыграть еще раз. Я посмотрю.

«Битва умов» так увлекла Цзян Сюэнин, что она поначалу растерялась, не понимая, о чем речь. Девушка никак не ожидала, что Се Вэй без всякого перехода вернется к разговору о музыке. Оказалось, беседа была лишь прелюдией к дополнительному уроку. А она-то надеялась, что после рассказа о евнухе ее отпустят!

Цзяоань лежал перед ней на столе. Барышне захотелось провалиться сквозь землю.

Заметив, что она не двигается, Се Вэй слегка нахмурился:

— У меня после обеда нет дел. Не будете играть – посидим здесь вдвоем.

«Да кто же захочет с тобой тут сидеть?! Даже с Янь-ваном и то не так страшно!»

Взвесив все за и против, Цзян Сюэнин поняла: желание остаться в живых перевешивает остатки гордости. Глубоко вздохнув, она выпрямилась, положила пальцы на струны и кое-как, запинаясь, исполнила «Напев бессмертного старца», который звучал на уроке. Обычно эту простенькую мелодию играют после настройки циня для разминки. Начинающие отрабатывают на ней базовые приемы. Пусть на занятии Цзян Сюэнин и не прикасалась к инструменту, однако мелодию запомнила. Пальцы плохо слушались, движения были неловкими, но серьезных промахов девушка не допустила.

— Продолжайте, – бросил Се Вэй, поглядев на ее руки.

Цзян Сюэнин не посмела перечить. Затаив дыхание, она снова опустила руки на цинь, но теперь они были напряжены гораздо сильнее. Первая же нота прозвучала слишком резко.

Наставник встал и подошел к ее столу. Чем пристальнее он наблюдал, тем больше ошибок совершала барышня – играла даже хуже, чем в первый раз. Се Вэй понимал, что девушка его боится, и все же поделать с этим ничего не мог. Когда дело касалось музыки, он всегда был предельно сосредоточен и требователен.

— Фрагменты этого напева повторяются. В конце каждой части свободный звук чередуется со звуком на прижатой струне. Вы прижимаете струну слишком сильно.

Цзян Сюэнин попыталась ослабить нажим и сыграла еще раз.

— Из гнилого дерева хорошей вещи не вырежешь, – подытожил Се Вэй.

Он видел: правая кисть девушки хоть и расслабилась, пальцы левой оставались согнуты, да и движения были неправильными. Мужчина нахмурился, наклонился и протянул руку.

Тонкие пальцы Цзян Сюэнин с прозрачными розоватыми ногтями, похожие на нежные побеги зеленого лука, даже при неправильной постановке смотрелись изящно. На время занятий она сняла браслеты и украшения, и когда Се Вэй приблизился, чтобы поправить положение ее рук, то заметил на хрупком запястье слегка побледневший, но отчетливый шрам, напоминавший терновый шип, впившийся в кожу. Его рука застыла в воздухе.

Закончив играть, Цзян Сюэнин подумала, что в этот раз вышло куда лучше, чем в первый.

«Может быть, меня даже похвалят?» – понадеялась она. Однако, едва раздалось едкое замечание о гнилом дереве, надежды рухнули… А потом Се Вэй вдруг потянулся к ней.

У девушки по коже побежали мурашки, а когда взгляд мужчины упал на ее запястье, она задрожала от страха, вскочила на ноги и, ударившись о край стола, задела резной табурет за спиной. Стол покачнулся. Цзян Сюэнин вскрикнула и повалилась назад.