Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 307 – Dimash Suleimen

— «Ваш покорный слуга, назначенный министр Военного ведомства, главнокомандующий провинции Приморье, наделенный правом действовать по обстоятельствам, Корнилов, с трепетом докладывает…»

Старик Тарасов недовольно поморщился и нетерпеливо качнул головой:

— Пропусти эти витиеватые чиновничьи вступления и бесконечные титулы. Ближе к делу: о чем там речь?

— О, вы абсолютно правы, господин Первый министр. Позвольте мне взглянуть на суть, — Дорин проявил предельную покорность. Он быстро пробежал глазами по исписанным строкам и неторопливо резюмировал: — Это подробный отчет о военных действиях за последние два месяца…

— Читай, — Тарасов медленно закрыл глаза и сокрушенно вздохнул. — Слушать подобные вести всегда самое тяжелое испытание для моей старой души.

— Слушаюсь, — Дорин монотонно продолжил чтение: — «В конце пятого месяца банда пиратов численностью чуть более ста тысяч человек высадилась в уезде. Они огненным смерчем прошлись по трем губерниям и более чем десяти уездам. Набег длился больше десяти дней, число убитых и угнанных в рабство солдат и мирных жителей не поддается исчислению».

«В начале шестого месяца отряд пиратов численностью более трехсот человек тайно проник со стороны городского округа. Разбойники собственноручно сожгли свои корабли, отрезав себе путь назад и вихрем пронеслись по территории гарнизона. Они штурмовали провинциальный город, захватили торговый корабль, совершили набег на деревни, разграбили купцов и предали огню трупы убитых… Кровавый след растянулся на тысячу верст. Тысячи наших воинов и беззащитных подданных пали от безжалостных пиратских мечей, утопив край в крови».

«В середине шестого месяца флотилия пиратов из десятка крупных судов причалила к берегам провинции. Пираты взяли штурмом и разграбили уезд Малые воды, жестоко убив местного префекта Владимира Попова. Потери среди военных и гражданского населения превысили тысячу человек. Забрав колоссальную добычу, враг беспрепятственно ушел в море».

Слушая этот список горьких, удручающих вестей, старый Тарасов мрачнел всё сильнее. Его некогда румяное лицо словно покрылось темной вуалью гнева и досады. Наконец, не выдержав, он с силой хлопнул ладонью по столу и в сердцах воскликнул:

— Какое убожество! Позор!

Дорин тяжело вздохнул, подливая масла в огонь:

— Наша Великая империя — огромная держава с неисчислимыми миллионами подданных. Да если бы каждый из них просто плюнул в сторону этого восточного островного государства, мы бы утопили их в море!.. И как же мы докатились до того, что жалкая горстка пиратов безнаказанно бесчинствует на нашей священной земле, грабит и режет людей, словно у себя дома? Где же былая слава нашей империи? Куда испарилась отвага наших мужей?

Два верховных чина империи замерли под тусклым светом одинокой лампады, с глубоким бессилием глядя друг на друга, но ни один из них не находил ответа на эти проклятые вопросы.

Спустя долгие минуты молчания Тарасов глубоко вздохнул и глухо произнес:

— Ситуация на востоке отчаянная, но нам с тобой остается лишь изо всех сил держать этот удар. Рано или поздно колесо судьбы повернется и Бог ниспошлет нам великого полководца, который спасет восток от этой чумы.

Дорин мысленно горько усмехнулся над этой старческой наивностью, но набожно склонил голову и с величайшим почтением ответил: