Книга Формула любви для ректора, страница 39 – Ханна Леншер

— Магистр Роузвейл, — с чувством произнес он, прикладывая руку к сердцу. — Вы не просто гений, а посланница самих Драконьих Богов. Я ваш должник навеки!

Лилиан даже не подняла головы от бумаг, лишь слегка дернула плечом.

— Ступайте, декан Тенебрис. Мы справимся.

Эйдан подхватил свою куртку и, бросив на меня красноречивый и многозначительный взгляд, вылетел из архива.

Мы остались одни.

Я молчал, не желая разрушать это хрупкое перемирие первой неудачной репликой. Одно неверное слово — и она может снова возвести свои баррикады.

— Следующий документ, — коротко скомандовала Лилиан, протягивая руку и получая от меня папку с отчетом по стихийно-артефактному комплексу.

Мы так работали больше часа. Переговариваясь короткими фразами и обсуждая, как именно отбить атаки министерства.

— Войссер наверняка придерется к статье о ремонте куполов, — сказала она, хмурясь над сметой. — Он знает, что мы перераспределили квоты. Попытается доказать, что деньги ушли не туда.

— Пусть пытается! — Я подвинул к ней мой приказ. — Я перевел средства с представительского фонда. Закон это позволяет.

— Вы составили приказ по неправильной форме, Дамиан, — устало вздохнула она, впервые за вечер назвав меня по имени. Ее голос на секунду дрогнул, Лилиан поняла, что оговорилась, но исправляться не стала. — Если Войссер заметит, то радостно аннулирует документ. Давай, я перепишу.

Придвинув лист бумаги, девушка принялась быстро писать.

Лилиан мастерски находила ловушки, я же их не видел совсем. С каждой новой исправленной сметой я понимал, что министерская комиссия уедет из академии ни с чем. Моя подстава с назначением с треском провалилась благодаря рыжей девчонке с золотыми веснушками.

К трем часам ночи мы закончили и отложили последнюю папку в сторону. Стопка отчетов возвышалась на столе перед нами.

Лилиан потерла глаза, а потом потянулась, разминая затекшую спину и шею. Ее платье натянулось на груди так, что мое дыхание предательски сбилось, а внутренний дракон проснулся.

— Все, — выдохнула она. — Завтра можете смело швырнуть это в лицо проверяющему. Бухгалтерия в идеальном состоянии.

Я откинулся на спинку стула, не сводя с нее глаз.

— Спасибо. — Голос прозвучал глуше, чем я ожидал. — Я серьезно, Лилиан. То, что ты сейчас сделала… Твоя помощь неоценима. Без тебя я бы не справился.

Она замерла с папкой в руках. Медленно подняла на меня взгляд. В ее голубых глазах заискрилась прежняя, непокорная льдинка.

— Не стоит благодарности, ректор, — холодно ответила она, вставая из-за стола. — Я сделала это отнюдь не ради вашей блестящей карьеры.

Лилиан вздернула подбородок, принимая свою привычную, оборонительную позу.

— Вы спасли меня. Да. Я признаю это. — Она сглотнула, словно слова давались ей с трудом. — Но работа сегодня ночью… это моя вендетта Адаму Войссеру. Мне просто доставило колоссальное удовольствие осознание того, что я лично забью последний гвоздь в гроб его проверки и не дам ему получить то, зачем он приехал. Чистый расчет и месть, Дамиан. Ничего личного.

Девушка развернулась и направилась к каменным ступеням лестницы, стуча каблучками.

«Ты лжешь, моя прекрасная Белочка», — подумал я, не сводя взгляда с ее удаляющейся фигуры.

И, глядя на то, как ее ужасное пуританское темно-синее платье скрывается за поворотом винтовой лестницы, я поймал себя на мысли, от которой у меня перехватило дыхание.