Книга Его отец. Выжить после развода, страница 23 – Виктория Волкова

В сумке тренькает сотовый. Выуживаю его поспешно. Вдруг что-то с Дашей, и Инна мне звонит. Но нет… На экране высвечивается фотка бывшего. Красивый Слава в черном пальто и белой водолазке смотрит на меня с восхищением и любовью. Я даже помню день, когда фотографировала его. Мы только узнали пол ребенка и возвращались домой из перинатального центра.

— Кто там? — отвлекает меня от размышлений Проскурин.

— Слава.

— Не отвечай. Напиши, что не можешь говорить, и сведи разговор к переписке. Не надо ему знать, куда ты едешь и зачем. Поняла? — просит мягко. Инструктирует. Но в каждом слове мне чудится строгий приказ. И я не смею ослушаться.

Обрываю звонок. Пишу бывшему коротко.

«Не могу разговаривать. Что ты хотел?»

«Я приехал, София. Открой мне. С какого хрена ты поменяла замки?»

«Дом мой! Что хочу, то и делаю!» — отвечаю порывисто. Перечитываю сообщение бывшего вслух для Проскурина.

— Странно. Очень странно, — жует он губы в кривой усмешке. — Что ему понадобилось, придурку?

«А зачем ты приехал?» — отправляю сообщение.

«Хотел погулять с Дарьей», — тут же приходит ответ.

«Ты же отказался от ребенка!» — печатаю гневно.

Телефон снова взрывается трелью. И я снова сбрасываю вызов.

«Ты что придумала, сука? Я никогда не откажусь от Дарьи. Дверь мне открой, тварь. А то пожалеешь. Судиться со мной захотела? Да я урою тебя, идиотка».

Хочу отправить эсэмэску, но ничего не вижу от слез, пальцы трясутся, а горло перехватывает спазмом.

«Слава, милый, почему ты так со мной?» — всхлипывая, прикусываю губу.

— Что там? — рычит Проскурин. Технично вынимает трубку из дрожащих пальцев. Читает и присвистывает.

— Ну, урод! И в кого он у нас такой уродился? Не возражаешь, я ему сам отвечу? — лениво интересуется Петр.

Киваю на автомате. Мне самой сейчас точно не справиться.

— Вот и хорошо, — усмехается он и быстро печатает сообщение и дает мне почитать.

«Жалею, что с тобой вообще познакомилась, Слава. Ты же урод конченый. Дверь открыть не могу. Мы уехали с Дашей. В следующий раз обязательно предупреди заранее».

— Конченого сотрите, пожалуйста, — сквозь слезы прошу Проскурина. — Стилистика не та. Я такие слова не употребляю. Слава догадается.

— Как скажешь, — тут же соглашается со мной дядя Петя. Стирает «конченого» и нажимает на кнопку отправки.

Слава долго не отвечает. Видимо, шокирован моим резким ответом. Но когда машина въезжает в небольшой поселок, от бывшего приходит короткое «Ок». Выдыхаю. Кладу телефон в сумку и зачарованно смотрю на длинный беленый забор, на частные домишки с другой стороны дороги. На очередь на крыльце около большой металлической двери. И сердце екает от тревоги.

Все. Приехала. Дальше дороги нет.

— Как так? Почему? — возмущается Харитонов. Разводит руками, что-то доказывает суровому худощавому майору у стойки выдачи пропусков.

— У нас приказ. Не велено, — мотает тот головой. — Если не член семьи, на свидание только по одному. Идите вы, если так срочно. А девушка в следующий раз приедет. Через месяц.

— Нет, я не могу, — шепчу в спину нотариусу. Утыкаюсь взглядом в кашемировое пальто и боюсь поднять глаза. Мне срочно надо повидаться с Бобровым. Но без нотариуса наша встреча бессмысленна.

Ему идти одному тоже нельзя. Бобров ясно дал понять, что хочет видеть меня и лично вручить документ.