Книга Его отец. Выжить после развода, страница 26 – Виктория Волкова

— Тварь, — сжимает кулак Бобров и тут же спохватывается. — Прости, я не о тебе. Славка — гад, извини за него, — роняет порывисто. — Я должен был проконтролировать. Но тут самого завертело, — оглядывает он демонстративно камеру.

И я сразу понимаю, что отвлекло Катрана от проблем сына.

— Вы тут ни при чем. Я сама виновата. Надо было головой думать. Но я так доверяла мужу. Невозможно было не доверять! Вот и поплатилась. Дура, — удрученно опускаю голову. Сижу как школьница перед директором.

Может, Бобров и прав, что решил дом подарить Дарье. А то мало ли, кто еще мне лапши на уши навешает.

— Ты не дура, — улыбается мне Бобров. Убористым быстрым почерком вписывает данные в нужные строки, расписывается на каждом листе и восклицает довольно. — Готово, лапуль. Теперь никто у тебя дом не отберет. Замки хоть поменяли? — смотрит насмешливо.

— Да, конечно. Петр Сергеевич прислал ребят.

— Вот и хорошо. Больше Славка к тебе не сунется, — рыкает он. — А я с него спрошу. Не сомневайся.

— Когда выйдете отсюда? — ляпаю, не подумав.

— Нет, зачем? — пожимает плечами Бобров. — В ближайшее время прилетит ответка этому уроду.

— Какая? Может, не надо! — охаю я. — Его жизнь сама накажет, — повторяю любимую поговорку крестной.

— Вот еще! Буду я дожидаться, — фыркает Бобров и снова оказывается рядом. Усевшись на стол, нависает надо мной. Большим пальцем осторожно приподнимает мой подбородок и смотрит строго. Словно буравит меня колючими глазами. И каждый шип впивается под кожу. — Ты до сих пор любишь его? — не спрашивает, обвиняет в тяжком преступлении.

— Нет, не люблю! — выкрикиваю машинально, всплескивая руками в отчаянии. — Как можно любить подлеца?!

— То, чем занимается Слава, называется воровством на доверии, — тихо выговаривает Бобров. Опустив глаза, упираюсь взглядом в его колено, обтянутое серой тканью. И не смею посмотреть в лицо.

Давит на меня этот мужчина. Чувствую себя рядом с ним бабочкой, насаженной на булавку. И молю бога об одном. Только бы поскорее выбраться из этой ужасной камеры, выскочить на мороз, на свежий воздух. Уехать домой. Подальше от этого мужчины, подавляющего меня физически и морально. Кажется, рядом с ним я и дышать не могу.

Да и не хочу я никакого наказания для бывшего мужа. Что толку после драки кулаками махать? Квартиры вернуть невозможно. Я их сама, по собственной воле отдала Славе. Да, он мошенник и гад. Ладно, меня надурил. Так еще и собственную дочку обчистил.

Но и спорить с Евгением Николаевичем не смею. Кто я для него? Придурочная невестка? Что бы я ни говорила, он все равно сделает по-своему.

— София, — пальцы Боброва медленно гладят мою щеку. — Тебе нужен другой мужчина. Тот, который сможет позаботиться о тебе и малышке. Есть кто-нибудь на примете?

— Нет, после развода я ни с кем не встречалась, — поднимаю глаза. Немею от темного жадного взгляда Боброва, от желания, скручивающегося в узел. И кажется, сердце перестает биться.

— Почему? Достойных не было? — выдыхает Бобров. — Прости, что лезу не в свое дело. Но ты молодая, красивая… Любой мужик будет счастлив сделать тебя своей.

— Как-то не задумывалась, — пожимаю плечами. И не нахожу аргументов. — Просто так сложилось. Я никого не искала. Похоже, и меня тоже.

— Дурной какой-то молодняк пошел, — усмехается криво Евгений Николаевич. Садится на столе поудобней и неожиданно притягивает меня к себе.