Книга Пристойное поведение, страница 61 – Кэти Андрес

— Рит… — я мягко коснулась ее плеча. — Если всё так, то тем более нужно заканчивать этот цирк. Жизнь слишком короткая, чтобы тратить ее на чужие сценарии.

Власова шмыгнула носом, смахнула непрошеную слезу и, сделав глубокий вдох, снова надела на себя маску непробиваемой стервы.

— Ладно. Хватит обо мне. Мои проблемы по сравнению с твоим забегом по лужам — это так, мелочи жизни.

Она включила свет в салоне и выразительно посмотрела на мои ноги. Точнее, на мой единственный промокший носок.

— И что мы будем делать с тобой, Золушка? Время — почти полночь. Останемся тут или пойдем домой?

Я опустила глаза. Глубоко вдохнула холодный воздух, пахнущий мокрой хвоей, и медленно выдохнула, чувствуя, как отступает паника.

— Пошли домой.

Рита коротко кивнула, закинула пустую бутылку на заднее сиденье и завела мотор.

Когда мы бесшумно открыли тяжелую входную дверь и зашли в темный, спящий холл особняка, Рита стянула с себя куртку, повесила ее на крючок и шепнула:

— Твоя комната еще свободна. Иди спать.

Я молча кивнула и пошла по коридору.

Только не в сторону гостевой спальни.

Мои босые ноги сами, по давно заученному, врезавшемуся в подкорку маршруту, несли меня туда, где находилась его территория.

Дверь в спальню Марка была приоткрыта. Полоска тусклого света падала на идеальный паркет.

Я толкнула створку и шагнула внутрь.

Он лежал на своей огромной кровати, откинувшись спиной на изголовье. В одних темных домашних штанах, с открытым ноутбуком на животе. На левой брови белел пластырь.

Услышав мои шаги, Марк поднял голову.

Его пальцы просто замерли над клавиатурой.

В тусклом свете ночника его глаза казались абсолютно черными, непроницаемыми омутами. Он не пытался заговорить или что-то спросить. Он просто смотрел на меня. Сканировал мой промокший кроп-топ, растрепанные влажные волосы. И молчал.

В этом молчании не было ни упрека, ни торжества победителя. Только какое-то первобытное, замершее ожидание.

Я тоже ничего не сказала. Прошла мимо кровати прямиком к его гардеробу. Открыла дверцу, вдохнув знакомый до боли запах и, не глядя, вытянула с полки его чистую черную футболку.

Всё так же молча скрылась в ванной комнате.

Я не стала тратить время на долгие процедуры, быстро приняла душ и вышла обратно в спальню.

Марк не шевелился. Он всё так же сидел с ноутбуком, и его взгляд неотрывно следил за каждым моим шагом.

Подошла к кровати, откинула край тяжелого одеяла и бесшумно нырнула под него. Придвинулась вплотную, легла, положив голову ему на грудь и закинула ногу на его бедро.

— Что делаешь? — совершенно спокойно, будничным тоном спросила я, скользнув взглядом по светящемуся экрану монитора.

Под моей щекой, ломая весь его невозмутимый, каменный фасад, его сердце колотилось с такой бешеной, ненормальной скоростью, словно он только что пробежал марафон с препятствиями. Удары были тяжелыми, рваными, гулкими. Они выдавали с головой то, что сейчас на самом деле творилось внутри этого железного человека.

— Сметы просматриваю.

Я чуть потерлась щекой о его грудь, чувствуя, как меня окончательно отпускает. Как с грохотом осыпается моя выверенная броня, уступая место чему-то настоящему, живому и до одури родному. Моему личному фундаменту.

— Долго еще будешь?

Ответом мне был резкий, сухой щелчок.