Книга Искатель, 2010 № 11, страница 106 – Михаил Федоров, Сергей Юдин, Александр Юдин, и др.

При назначении Данилову наказания суд, конечно же, примет во внимание его положительные характеристики как по месту жительства, так и (как ни странно) по месту работы, а также наличие неработающей супруги и несовершеннолетних детей. Но! Я прошу суд обратить сугубое внимание на тот факт, что преступная деятельность подсудимого была направлена именно в отношении нашей славийской молодежи. Ведь это только счастливый случай, что Данилов читал свои так называемые лекции не первому и не второму, а третьему курсу, и потому все потерпевшие успели достичь возраста совершеннолетия. Я прошу суд признать означенный факт в качестве обстоятельства, отягчающего ответственность подсудимого. Нельзя же, в самом деле, оставить без должного реагирования то, что Данилов своими кощунственными лекциями растлевал неокрепшие души нашего юношества?! Также прошу суд признать отягчающими обстоятельствами направленность деяния в отношении широкого круга лиц, а равно использование при его совершении служебного положения. И соответственно считаю правильной квалификацию действий подсудимого по пункту «б» части 2 статьи 58 СУ СГ. Ибо здесь налицо даже не одно, а целый букет отягчающих обстоятельств. Помимо этого, подсудимый, как я отметил выше, в содеянном не признался, а значит, и не раскаялся. А ведь согласно совместному Постановлению Пленума Верховного суда и Обер-прокурора Святейшего Синода от 03.09.2133 года по делам, связанным с кощунством, смягчить ответственность может лишь деятельное раскаяние и активное сотрудничество со следствием. Но, увы, в данном случае мы этого не наблюдаем.

На основании вышеизложенного, прошу суд признать мирянина Данилова Семена Яковлевича виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 58 Соборного Уложения Славянской губернии и назначить ему меру наказания, руководствуясь санкцией означенной статьи, в виде принудительного воцерковления, с последующим лишением права занимать должности, связанные с научной и преподавательской деятельностью, сроком на десять лет.

Завершив свою, как всегда, блистательную речь, Дмитрий Владимирович с достоинством поклонился и сел на место. Я, честно говоря, ожидала, что Славин будет просить суд о более суровом наказании. Ведь санкция второй части статьи 58 предусматривает в том числе до десяти лет каторжных работ. Но прокурор решил ограничиться принудвоцерковлением — весьма либеральной современной мерой, заключающейся в несложной операции по удалению малюсенького участка мозга в задней части первой височной извилины, ответственного за «суетное умствование и беспочвенные сомнения». Что ж, курс на гуманизацию наказаний, обозначенный в последнем совместном Постановлении Совмина и СПС, еще никто не отменял.

Между тем адвокат Пелерман театральным жестом развернул ярко-алый носовой платок, трубно высморкался и, протерев тем же платком очки, приступил к защитительной речи.

— Уважаемый суд! Ваша честь! Дамы и господа! Семен Яковлевич Данилов не виновен в совершении инкриминируемых ему деяний. Да, да, вы не ослышались, он не виновен. Я так заявляю вовсе не потому, что как адвокат связан позицией подзащитного, совсем нет. Ведь состав «кощунства» предполагает наличие обязательного умысла. А он таки и не был доказан ни в процессе предварительного, ни сейчас, в ходе судебного следствия. Отвечая на мои вопросы, подсудимый однозначно и определенно заявил, что не имел желания, то есть умысла причинить своими действиями какой-либо вред потерпевшим. Не имел он такого намерения и в отношении охраняемых законом государственных или общественных интересов. Показания потерпевших и свидетелей ни в коей мере не опровергают этого утверждения. Не представило каких-либо опровержений этому и обвинение. Ни сейчас, ни ранее — в ходе предварительного следствия. Таким образом, деятельность Данилова на должности преподавателя МГТУ может быть расценена вами, господа судьи, как предосудительная и даже аморальная. Но не противозаконная! Ибо не имел Семен Яковлевич намерения умышленно проповедовать какие-либо еретические лжеучения. Как же так, вы спросите? И очень просто. Поскольку сам добросовестно заблуждался, искренне полагая лжеучение злополучного Ч. Дарвина истинным. А ведь что предполагает умысел? Умысел это когда виновный, заведомо зная о еретическом и, соответственно, вредоносном характере публично распространяемых им сведений, тем не менее продолжает предпринимать активные действия к их дальнейшему распространению. Злоумышленному распространению! Однако в нашем случае такого не было. Поскольку Данилов был совершенно убежден, что несет студентам свет истины, и никак иначе. Да, Семен Яковлевич, заблуждался. И от этого многим вышло нехорошо. Но давайте посмотрим, в какой среде он вынужден был с малолетства обретаться, в какой семье получил воспитание. Мать Данилова преподавала генетику в одном из столичных вузов, а отец и вовсе был палеоантропологом. Сейчас наверняка немногие даже смогут вспомнить, что это за профессия такая — палеоантрополог. Но на заре нашего века, увы, подобное считалось в порядке вещей. Времена были маловерные, среда, в которой воспитывался Семен Яковлевич, мерзопакостная, едва ли не атеистическая, но можем ли мы ставить это в вину подсудимому? Времена и родителей не выбирают.