Книга Михайловская дева, страница 130 – Лана Ланитова

Барон немного удивился, слушая непонятную речь Анны. Михайлов ведь сам разрешил им. Подарил?

Но рассуждать у него уже не было сил. Похоть немилосердно тянула его к раздвинутым и беспомощным женским ногам.

Анна решительно направилась к выходу.

И в этот момент, дорогие мои, произошло, то о чем наш незабвенный демон предупреждал Владимира накануне его странной командировки в село Михайлово. А именно – к Владимиру в третий раз вернулось его, мужское сознание, а равно с ним он приобрел и мужскую силу и быстроту реакции. Он заревел от ярости хриплым голосом.

Со стороны это выглядело настолько странно, что барон до конца своих дней с ужасом вспоминал ту картину. Маша с такой силой рванулась руками и ногами, что натянутые веревки вырвались из рук ее мучителей. Она вскочила во весь рост и пнула барона в живот. Марьин взвыл от боли и согнулся пополам. Другой рукой хрупкая на вид Машенька схватила железный подсвечник и огрела им по голове поэта Коростылева. Тот рухнул на пол замертво. От бледного виска тонкой черной струйкой поползла густая кровь. Третий визитер даже не думал сопротивляться. Однако вследствие двух коротких ударов был отправлен в долгое беспамятство. Маша вырвала изо рта ненавистный кляп и два прыжка догнала на лестнице Анну.

— Стой, ведьма! – раздался грубый мужской баритон.

Анна обернулась. Маша налетела на нее и с силой выхватила ребенка. Затем ударом ноги она столкнула Анну с лестницы. Та, ломая руки и ноги, покатилась вниз. И там застыла с удивленным выражением лица. Из пробитой головы струилась кровь.

Затем Машенька с нежностью взяла младенца и ушла в кабинет Михайлова. Там она накрепко закрыла замок и стала кормить сына. Как только младенческий ротик коснулся материнской груди, сознание Махнева Владимира Ивановича вновь растаяло, уступив место личности Марии Курочкиной.

Она слышала крики прислуги, беготню, возню. Слышала и то, как на следующий день в доме появились полицейские. Из-за метели они прибыли лишь к обеду следующего дня. Они стучались к ней в кабинет. Она решительно сообщила из-за закрытых дверей, что выйдет только тогда, когда вернется из города ее барин.

Анну, чуть живую, увезли к лекарю. А от него в уездный госпиталь Ее тело было сломано во многих местах. Не двигался и позвоночник. В компании с ней в госпиталь поехал барон Марьин и его гость Рыбин. Поэта Коростылева увезли в морг.

* * *

А теперь, дорогие мои, есть смысл на время прервать повествование этой странной во всех смыслах истории и перенестись из села Большое Михайлово, Болховского уезда, Орловской губернии, назад, в вотчину незабвенного демона, по имени Виктор, того господина и вершителя судеб, кто и отправил нашего героя в столь замысловатую и длительную командировку.

Надобно сказать, что после того, как первым ушел в свой сон его любимчик Владимир, став совершенно невероятной девицей-красавицей по имени Мария, наш вездесущий архонт отправил в подобные же сны и всех остальных подопечных со своего последнего славного курса.

Каждый из них получил собственную реальность, в которой и прибывал исключительно в воспитательных целях. Виктор, как и положено бдительному наставнику, проведал каждого из своих подопечных, примерно в середине их славных «уроков». Кое-что демон исправил, а чем-то остался вполне доволен. Так или иначе, он посчитал, что уроки идут правильно, по заранее намеченному плану. А потому сам магистр решил позволить себе небольшой отпуск и улетел… в прошлое.