Книга Ведьмин дар, страница 49 – Дарья Гущина

— Бедняга хоть выжил?

— Конечно. Я не убиваю без веских причин. Мы подчистили и подкорректировали ему память да отпустили восвояси. Правда, он лишился должности… но точно знаю, что выжил. А в сейфе, Илюх, – я наконец подошла к тому, ради чего с болью вспоминала любимое прошлое, – нашлись досье тех, кого мы называем безымянными. Несуществующие люди – да и вряд ли люди.

Повернувшись, я дотронулась до нужного камня и пальцем очертила символ-ключ. В воздухе один за другим замерцали голограммы первых страниц досье – фото, ФИО, список бюрократических сведений. Двенадцать неуловимых, несуществующих и бесконечно опасных подручных наблюдателей – бесцветные, неброские, неприметные. Илья резво отложил очередную булочку и вскочил на ноги, изучая выцветшие фотографии, вчитываясь в убористый текст.

— Обрати внимание на лица, – посоветовала я, снова устраиваясь на паласе, поджав здоровую ногу и вытянув «проклятую». – Они все похожи как близнецы. Цвет волос, цвет глаз, даже форма лиц и вроде как индивидуальные формы ушей. И каждый из них числится в мертвецах – героически погиб при исполнении больше сотни лет назад. А между тем вот этого, – и указала на досье третьего, – я наблюдала в том видении, после которого ушла из дома. А мне до ста лет ещё далеко.

— Как ты их различаешь? – приятель присматривался и щурился, но явно не находил отличий.

— Сейчас покажу, – я осторожно встала, – эти-то отличия и привели меня к идее препарировать хоть одного безымянного. Ну и, кстати, сходство. Скажи-ка, заклинатель, потомки какой нечисти похожи друг на друга один в один?

— Многие, – он пожал плечами, – особенно в детском возрасте. Но во взрослом сильное сходство потомков чаще всего встречается у «насекомых». И у некоторых «земноводных», но их сейчас очень мало. Погоди, – оживился, – ты опять про «ящериц»?..

— Да, «ящерицы», как и «клещи», то бишь бесы, – единственная нечисть, способная вмещать любое количество любой силы, – сказала я веско. – Но безымянные – это опять бесы, наши странные «насекомые», которые в роду идентичны практически во всём – внешность, потенциал, характер силы. «Ящерицы» неспособны к подселению, в отличие от «клещей». И все известные случаи потомства нечисти и человека – только и всегда от «клеща». И бесова сила в крови у потомков с рождения, переданная от папы-одержимого. Ты когда-нибудь видел живого «клеща»?

— Увы, – вздохнул Илюха разочарованно, – не довелось. Знаю, что Круги приглядывают за парой-тройкой особей, но очень хорошо их прячут.

— Тогда смотри, – я вернулась к стене и активировала следующий камень, показывая несколько портретов. – Эта милая семейка находилась под протекцией наблюдателей в те давние времена, когда известным тебе путём жертвоприношений создавались заклинательские «угольки». Когда заклинатели узнали, откуда взялась их сила, они разругались с наблюдателями, ушли от них и с тех пор на ножах. И семейку пришлось… реорганизовывать, ибо сдерживать её стало некому.

Илья внимательно изучил голограммы восьмерых бесов, перевел взгляд на безымянных, снова на бесов и в молчаливом шоке посмотрел на меня. Родство безымянных с «клещами» отмечалось сразу.

— Ну-ну? – примостившись на подоконнике, подбодрила я. – Заметил отличия?

— Глаза, – поколебавшись, указал он на первого безымянного, – у этого нет зрачка, как и у большинства «насекомой» нечисти. Как у тех же «бабочек».