Книга Ведьмин дар, страница 104 – Дарья Гущина

Шестая. Я снова взялась считать, загибая пальцы на руках на крупных круглых цифрах. Седьмую он искал долго – больше получаса. А вот восьмую нашёл почти сразу. Плохо, «девки» явно прятались парами. Надо в следующий раз инструктаж дополнительный провести.

До девятой – и до меня – «что-то «паучье» добралось нескоро: я досчитала до одной тысячи, второй, третьей и бросила, просто сняв и сжав в ладони браслет. Чувствуя, как пальцы покалывает холодом, как нервно дёргается связующая нить, натягиваясь в руках охотящейся нечисти. Закрывая глаза и мысленно прогоняя по десятому разу всё, что хотела сказать. И всё, что обязательно должна сказать. «Змейка на солнышке», Эфа, «змейка на…»

Безымянный выступил из-за башни быстро и внезапно. Невысокий, тщедушный, безобидный старичок. Невыразительное сухощавое лицо, ледяные жёлтые глаза, всклоченные русые волосы. Старый спортивный костюм и стоптанные кроссовки. Я знала, что он меня не увидит, пока не уберёт последнюю копию, но непроизвольно сжалась, затаив дыхание. А «тарантул» остановился и чутко повёл носом. Его щёки задергались, складки бледной кожи разгладились, являя сначала оспины, а затем и многочисленные жёлтые глаза.

— Где ты, вещая? – он снова втянул носом воздух. Мягкий, певучий, как и у всех «пауков», его голос усыплял бдительность, убаюкивал, расслаблял. И завлекал разум в паутину беспомощности. – Не прячься. Нет смысла. Найду же. И скоро. И тогда пощады не жди. А сейчас… поговорим?

Я прикусила губу, ломая и активируя кольцо в проколе с защитой от любого «убаюкивания». Поджала под себя здоровую ногу и перекинула через плечо тяжёлый хвост, запустила в косички левую руку, пряча заготовленный браслет. И лишь тогда позволила нечисти увидеть себя, минуя защиту копии.

«Тарантул» поднял голову и впился в меня немигающим взглядом. Минутная пауза, секунда недовольства с раздуванием ноздрей, и он мягко сказал:

— Очень глупо.

— Очень актуально, – хладнокровно возразила я.

— Ты не бежишь. А значит, тянешь время, – «тарантул» склонил голову набок и наконец оставил попытки взять меня под контроль силой убеждения. – Зачем?

— Не «зачем», а «почему». Ноги отказывают. Всё равно далеко не убегу. Я давно хочу поговорить. А с нечистью лучше говорить с сытой и утолившей жажду погони и охоты, – я невозмутимо улыбнулась.

Жёлтые глаза снова впились в меня, ощупывая всю, от больного колена до руки, спрятанной в косичках.

— Что ещё ты знаешь о нас, маленькая вещая? – обманчиво медленные и мелкие шажки, оставляющие на ракушечной мостовой чёрные следы – первые пушистые нити паутины.

— О, много. Очень много, – охотно отозвалась я. – Вопрос в другом, приятель. Что ты можешь предложить мне в обмен на то, что я знаю?

— Торгуешься. Назад хочешь? – кажется, он удивился. Немного. Рожа как была бесцветной и каменной, так и осталась, но вот голос… чуть дрогнул. А еще безымянный остановился – и затормозил с паутиной.

— Хочу.

Снова минутная пауза, и «тарантул» довольно кивнул:

— Не врёшь.

— Не первый год вас знаю, – я крепче сжала браслет. – Нечисть невозможно обмануть. И, да, хочу, – повторила уверенно.

— И что ты предложишь за свою бесценную жизнь? – прозвучало издевательски.

— Жизни мне мало, – я нахально улыбнулась. – Мне нужна та ведьма-палач. И мои здоровые ноги. А взамен – ясно дело, информация. И вот это, – я отпустила косички, вытянула руку, и в моей ладони запульсировало чёрное сердце. – Тьма стражей катакомб. Стародавняя тьма. Столько, сколько влезет.