Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 169 – Дарья Гущина

А может, ей именно это и нужно?.. Опытная, знающая, сильная – и вдруг чёткий след, как нарочно…

Я повернулась и в отчаянии посмотрела на Сажена. А он присел, протянув мне руку – забирайся, мол, отсюда «мостом» пойдём, – и тихо напомнил:

— Думай, Рдяна.

— Завтра днём нас не должно быть на кладбище, – я ухватилась за его руку и тоже залезла на камень – невысокий, бугристый, но широкий. – Почему днём?

— Ночью мы сливаемся с туманом и темнотой. Не заметить и не почуять,– пояснил ищеец напряжённо. Словно снова свою страшную тайну выдавал – или ходил по кромке клятвы.

Я посмотрела на мерцающие знаки, повертела в руках посох и медленно произнесла:

— Туман – это не проблема. Нагоним в два счёта. Сумрак тоже можем легко устроить – достаточно накрыть кладбище тройным противоштормовым. Это два часа работы для одного смотрителя. И нам тоже на пользу. Что ещё?

Я попыталась представить себя на месте хозяйки и предугадать свои действия. Конечно, ищеец поймает след и покажет. Конечно, я закрою островок чем смогу. Конечно, с утра мы пойдём в подземелья – в самую глухомань пятнадцатых колец, – чтобы вовремя перехватить «старичка». Конечно, чтобы его упокоить, нужен посох старшего смотрителя. Конечно…

Или же нет? А если, наоборот, она ждёт, что я догадаюсь и ничего не буду закрывать или закрою слабым? Прах, у меня голова сейчас лопнет, я не понимаю, что мне делать, чтобы её обставить… хоть немного. Совсем, само собой, не получится. Но хоть немного. Хоть в чём-то.

А надо ли? Если у ищейцев всё просчитано – и сотни планов на все случаи жизни, и триста дополнений к ним… Надо ли мне лезть во всё это?

— Рдянка, – Сажен обнял меня за плечи – осторожно и явно косясь на подрагивающий в моих руках посох, – а давай ты просто сделаешь, что должна. Что бы сделал старший смотритель? Твой дед, например?

Я посмотрела на знаки и шепнула наговор, ослабляющий их действие.

— В последние годы дед очень любил портить всем настроение и работать ночью. Чтобы управиться с делами до рассвета, а после выгнать меня разбираться с гостями и покойниками, хотя я тоже всегда любила работать ночью. После десяти вечера – это самое моё время.

Я прикинула силу наговора и ослабила его ещё немного. И, на всякий случай не глядя на ищейца, заметила:

— Так себе ты в смотрителях кладбищ понимаешь. Мы все ночные птицы. Не успел нашу библиотеку прочитать? Там про нас много.

— Успел, – весело ответил он. – Сегодня утром закончил. Нам подходит. Между нами, Рдянка, именно такой исход я и подозревал.

То есть планировал. То есть – ищейские начальники планировали. Изначально. Не просто поймать, а казнить – потому что для столь неприкосновенных особ любых доказательств может оказаться недостаточно. Ищейцы её вычислили – и приговорили. Именно для этого им и понадобилось кладбище. А если бы я не знала? А в общем-то… Мне же просто надо держаться подальше. Ну и, кстати говоря, без иронии – надо. Мне нельзя попадаться хозяйке ни на глаза, ни под руку, как и всякому смотрителю Красного. Иначе… неизбежны сложности.

Да, вот ещё почему начальство запрещало нам лезть в это дело – раз они не видели другого исхода. Вопрос был лишь в том, кто из смотрителей согласится предоставить ищейцам своё кладбище. Или чьё они сами сочтут наиболее удобным. И кто проведёт казнь. Красное им нужно, лишь чтобы схватить и, так сказать, связать.