Книга Невеста проклятого короля, страница 10 – Виктория Рейн

И он сказал ровно то, что хотел, чтобы я услышала. Но зачем? Я перевела взгляд на портрет. На лицо Элинор. На её лёгкую, загадочную улыбку. — Что он с тобой сделал? — прошептала я. Портрет молчал. Но в глазах Элинор, в этом сером, пронзительном взгляде, я прочитала ответ: «Узнай сама. Пока не поздно». Я оглянулась на дверь, куда ушёл Дамиан. Потом снова на портрет. И поняла, что должна вернуться сюда. Одна. И найти то, что он пытался мне не дать найти.

Я вернулась в галерею на следующий день. Дамиан не появился. В галерее было пусто, только портреты смотрели на меня со стен сотнями немых глаз. Я подошла к портрету Элинор и снова провела пальцами по краю рамы. Вчера мне помешали. Сегодня — я ни за что не уйду, пока не узнаю, что скрывает этот портрет. Я потянула раму на себя. На этот раз она поддалась. С тихим скрипом портрет откинулся в сторону, открывая тёмную нишу. Глубокую — рука уходила в неё по локоть. На ощупь — холодный камень и… что-то кожаное. Я вытащила находку. Книга. Толстая, в потёртом кожаном переплёте, с медными уголками. На обложке — выжженный дракон и буква «Э» под короной. Дневник. Сердце забилось бешено. Я оглянулась — никого. Сунула книгу за пазуху, поправила платье и быстро пошла прочь. На лестнице мне показалось, что кто-то смотрит в спину. Я обернулась — никого. Только портреты. Сотни портретов. Их глаза следили за мной. Я почти бежала по коридорам восточного крыла, пока не добралась до своих покоев. Заперла дверь на засов — впервые за всё время — и села на кровать, сжимая дневник дрожащими руками. Он был тёплым. Словно кто-то держал его передо мной. Я открыла первую страницу. Почерк — мелкий, женский, с завитушками. Буквы прыгали, будто писавшая торопилась или боялась. «Я, Элинор из дома Эшкрофт, начинаю эту запись в первый день после свадьбы. Король Кайран сказал, что я могу писать всё, что хочу. Что никто не прочтёт. Я не верю ему. Но мне нужно кому-то говорить. Хоть бумаге.» Эшкрофт. Та же фамилия, что у Дамиана. Кузина, говорил он. Я перевернула страницу. «Третья ночь. Король страшный. Не лицом — душой. У него нет души. Я видела, как он смотрит на меня. Как на мясо. Я знаю, что он убил предыдущих. Все знают. Но молчат. Потому что боятся.» Я нахмурилась. Это не вязалось с тем, что я видела сама. Кайран не смотрел на меня как на мясо. Он смотрел с усталостью. С болью. Дальше. «Десятый день. Ко мне приходила девушка. Служанка. Сказала, что знает способ сбежать. Через подземный ход. Я испугалась. Сказала королю. Он побледнел. Сказал, что никакой служанки не было. Что мне показалось. Но я видела её. Она назвала себя. Лианна. Так звали третью королеву.» По моей спине пробежал холодок. Лианна — портрет, который я видела в галерее. Третья жена. Мёртвая. Элинор видела её призрак? Или живую? Я читала дальше, страница за страницей. Элинор описывала свои дни во дворце — страхи, подозрения, попытки подружиться со слугами. Она боялась Кайрана, но постепенно страх сменялся чем-то другим. Любопытством. Жалостью. «Сороковой день. Сегодня он зашёл в мою комнату и просто сидел. Молча. Час. Я спросила, зачем он пришёл. Он сказал: „Чтобы не слышать крики“. Я не поняла. Потом ночью сама услышала. Кто-то плачет за стеной. Женщина. Кайран сказал, что это проклятие. Что стены помнят всех, кто умер в этом дворце. Я спросила, сколько их. Он не ответил.» Я зажмурилась. Я тоже слышала эти крики. И плач. И голоса. Значит, это не безумие. Это проклятие. «Два месяца. Я начала замечать странное. Король не убивает. Я почти уверена. Но кто-то убивает рядом с ним. Сегодня ко мне в комнату влез человек. Чёрный, с кинжалом. Я закричала. Прибежал Кайран. Он спас меня. Но убийца исчез.