Книга Сундучок мертвеца, страница 123 – Дарья Гущина

— Маля, получилось! Хватит!

И Небытие схлынуло совсем — вобралось убегающим морем, растворилось в нём. Я открыла глаза и не сразу им поверила.

Ношт снова осел горсткой праха, а чёрный камень обрёл форму — одномачтовая лодка, символ пятого отца-творца и отваги путешественника-первопроходца.

Я попятилась, села на свободный стол, достала из кармана фартука платок и отёрла влажное липкое лицо. Внутри всё сжималось и дрожало, но ещё одно зелье... Перебор. Я успокоила себя простеньким наговором и снова посмотрела на чёрную, искрящую острыми гранями лодку. Но важнее новой победы над упрямым камнем — очередная победа над родовым Небытием.

Ты меня не получишь, ясно? Даже не пытайся. Я сильнее. И я не сдамся. Никогда. Мой путь — ремесло. Навсегда. И неважно, какую цену мне приходится за него платить.

— Горюша, принеси сумку, — мой голос звучал сипло, но спокойно. — Тайя, ты всё записала?

Раздался суматошный шорох. Я повернулась к столу. Тайя сидела, сжавшись в комок, бледная и испуганная, а прозрачного от страха змея я заметила только по движению — он прильнул к девочке.

— Горюша, успокойся и принеси мою сумку, — настойчиво повторила я. — Пожалуйста, мой хороший. Принеси.

Змей испуганно пискнул и исчез. Тайя сглотнула и сбивчиво прошептала:

— Ты что... будешь дальше?..

— Конечно, — я снова вытерла лицо, с удовольствием ощущая, как паническая дрожь сменяется приятной дрожью предвкушения. — Я использовала два разных наговора на двух разных камнях — предположительно горячем и остывшем. И получила два разных результата. Надо понять, почему у камней разная форма — из-за действия наговоров или из-за их состояния. Или из-за чего-то ещё. Но это последний на сегодня опыт.

— Но это же... старшее, — с запинкой напомнила Тайя. — Смотрительство старшее.

— Эта защита выдерживала и не такое, — я указала на колпаки и выразительно посмотрела на девочку: — А ты вообще-то хозяйка и владеешь некоторыми умениями. И наговоры не нужны, чтобы успокоить подвластную тебе стихию. Не хочешь попробовать и поучаствовать в опыте иначе — не помощником, а смотрителем? Присмотреть за Небытием, чтобы не наглело?

Тайя покраснела, поспешно схватила грифель и склонилась над справочником. Ладно, пусть хотя бы пишет. Не сбега ет — и то хлеб. У Горюши не такой внятный почерк, за ним потом всё переписывать два часа.

Я соскочила со стола, сходила к шкафу за кружкой и вернулась к фонтану. Согрела воду и надолго приникла к чашке. Горло болело, руки немного дрожали — вот все неприятности. Остальное, как недавнее море, поглотили и прибили ко дну очередная победа над Небытием и усилившаяся уверенность в себе.

Всегда становлюсь сильнее, когда его побеждаю. И однажды оно даже головы не посмеет поднять без моего ведома. Помогать в ремесле — да, попытаться подчинить меня и поглотить — нет.

— Сколько наговоров потребовалось? — я согрела вторую кружку воды. — Тоже двенадцать?

— Д-да...

— Я не скрипела? — я обернулась к Тайе. — Скороговорки использовала, не скрипела наговорами?

— Местами... немного да, — неловко подтвердила она. — Я всё записала и пометила, где. Подчеркнула те слова, где скрип.

То-то горло дерёт... Значит, нужен голос — мыслями тональность не передашь. Или передашь? Нет, всё, хватит. Используем готовое. Не то застряну в мастерской на всю ночь, перебирая варианты, а потом останусь без голоса на несколько дней. Да и время нынче такое, что надо сразу восстанавливаться и высыпаться. На всякий случай.