Книга Капли магии, страница 117 – Бронислава Вонсович

— Ань, поговорить нужно, — привычно бросил Скоропадский. — По секрету.

— Опять? — удивилась я, но защиту от разговора поставила и ему знаком показала, что стоит.

— Снимешь теперь?

— Скоропадский, ты разве не понял, что я уже сняла? Страховка на случай, если бы всё же в ритуале умерла. Не обрекать же и тебя на смерть.

— Было такое подозрение, хотел убедиться. — Он широко улыбнулся. — Всё же я рад, что ты выжила.

— Представь, я тоже.

Почему-то я думала, что он непременно напомнит про Олега, подчеркнёт свою правоту, но Скоропадский уже выбросил всю эту ерунду из головы. Зачем думать лишний раз о трупах? Что Брагина, что Козырев были для него отработанным материалом. О о них не переживал, даже когда они были живы.

— Я вот чего хотел сказать. Император непредсказуем. Чем он тебя захочет наградить дополнительно — неизвестно. Поэтому совет: держись подальше от столицы.

Это входило и в мои планы: из столицы до Кассиуса не дотянешься, и всё же слышать от Скоропадского это было странно.

— Почему?

— От прессинга своей семьи закрыть не смогу, а он будет очень жёсткий, — ответил он. — Неподходящую девушку брата убили.

— Мы не собираемся встречаться.

— Это вообще могут посчитать оскорблением. Моя мать — своеобразная особа. Её может как раз оскорбить то, что ты не отвечаешь на мои чувства. Для неё вариант, что ты знаешь своё место, не послужит оправданием.

Моё место — это где-то там, далеко от Скоропадских? Какое странное у них отношение к другим людям. Но ни столица, ни Скоропадский мне не были нужны, поэтому я легко ответила:

— Поняла, Скоропадский. Буду держаться от тебя подальше. Отказываюсь от любого предложения остаться в столице.

— Но если надумаешь к нам войти, я смогу это устроить. Это будет обоюдовыгодное сотрудничество.

— Не будет. Ты планируешь получить с меня куда больше, чем сможешь дать.

— Ань, я же даю прикрытие и защиту. Разве этого мало?

Он хотел ещё что-то добавить, но к ритуалу усиленной клятвы всё уже подготовили и нас позвали. Ложилась она тяжело. Возможно, дело было в том, что второй ритуал провели сразу после первого, когда мы ещё не восстановились. И пусть второй по сравнению с первым был намного короче и относительно лёгким, неприятных ощущений от него хватало. Голова закружилась, начало подташнивать. Я чувствовала нарастающую тяжесть печати, пока она не ухнула куда-то глубоко в средоточие и не встала там жирной чёрной кляксой. Через какое-то время я перестану её чувствовать, если не попытаюсь выдать секрет, но пока она давила и жгла так, что дышать было тяжело. Не только мне, но и Скоропадскому — он побледнел и чуть покачивался, приходя в себя.

— Теперь можно ехать, — сказал один из магов.

— Я хотела бы забрать свои вещи, — напомнила я.

— Император не может ждать, пока вы соберётесь.

— В чём проблема забрать свои вещи по дороге? — удивилась я.

— В том, что их уже утилизировали, Ань, — хрипло сказал Скоропадский. — Их сожгли сразу после вашего поступления. Не хотят тебя расстраивать до разговора с императором.

— То есть моих вещей нет? — возмутилась я, повернувшись к магу.

Он испугался, глаза забегали, пытаясь найти поддержку в ком-то из тех, кто с ним.

— Всё будет компенсировано, — заблеял он. — Документы восстановят.

— То есть и документы пошли на утилизацию, и мои банковские карты?