Книга Моим детям нужна мама! Слабонервных прошу не беспокоить!, страница 26 – Ольга Обская

Может, и не видела. Но и он ещё не видел, какими отчаянными могут быть закоренелые оптимистки, если их вывести из себя.

— И мой вам совет, милочка, — голос Фредериксен стал издевательски сладким, — позаботьтесь, чтобы этот колючий монстр больше не попадался мне на глаза. Для его и вашего блага.

Она развернулась и зашагала прочь. И хоть последнее слово осталось за Фредериксен, Эвелина знала, то этот раунд она выиграла. Однако впереди ещё предстояла борьба с Греймонтом за ежа и… за право остаться няней.

Оставшаяся часть дня прошла удивительно спокойно и счастливо. В заботах о “негигиеничном чудовище”.

Эвелина рассказала детям, что вообще-то зимой ёжики спят — находят укромное местечко и засыпают до весны. Почему этот малыш оказался бодрствующим и как он очутился в доме — оставалось загадкой, но решено было как следует его накормить и устроить ему уютную норку, где он и заснёт, как положено всем приличным ежам. А весной его выпустят в сад.

Патти устроила для ежа настоящий пир: три вида домашней колбасы и миска молока. Ёжик не отказался ни от одного из угощений, чем окончательно покорил малышей.

День, полный происшествий, наконец выдохся. За окном тихо пела вьюга, наметая белые сугробы. Близнецы лежали в своих кроватках под тёплыми одеялками уставшие, готовые уснуть. И оставался последний на сегодня ритуал — сказка на ночь.

Вчера Эвелину очень выручила книга, так кстати оказавшаяся в ящике комода. Но теперь придётся отдуваться самой. Но её это не смущало. Сегодня она чувствовала в себе силы придумать для малышей сказку собственными силами.

Она села в кресло-качалку и начала:

— Жили-были двое чудесных малышей: брат и сестра. Звали их Лия и Мэй.

— Им тоже было пять лет? Как нам? — решила уточнить Лайла, отогнув полог балдахина.

— Да. Им тоже было пять, — подтвердила Эвелина. — И вот однажды они попали в чудесную волшебную страну.

— Самую-самую настоящую? — восторженно переспросила Лайла, приподнимаясь на локтях.

— Самую-самую, — снова подтвердила Эвелина.

— А там всё розовое? — с надеждой спросила малышка. — Если страна волшебная, там ведь должно быть красиво.

Эвелина чуть покачалась в кресле и сказала:

— В этой стране каждый видит её такой, какой хочет. Лия видит всё розовым — потому что любит розовый. А Мэй видит всё в сине-бирюзовых цветах. Потому что любит море. А море бывает именно таким.

Лайла мечтательно вздохнула:

— Значит, там всё-всё розовое: и деревья… и цветы… и дома… и небо… и солнце… и звёзды…

(пауза)

— И ёжики!

Эвелина улыбнулась:

— И ёжики тоже.

Лайла уже не лежала, а сидела в кроватке, и не похоже было, что собирается спать. Эвелина поняла, что нужно сделать сказку чуточку скучнее, иначе малышка ещё не скоро успокоится.

— Так вот, — продолжила Эвелина. — Лия и Мэй взялись за руки и пошли в замок к доброй волшебнице. Они шли по лугам, по полям, по лесам, по холмам, всё шли и шли и шли… — говорила она монотонно.

— А замок у волшебницы розовый? — снова высунулась из-под балдахина Лайла. — А в замке есть фонтаны? В замках ведь всегда бывают фонтаны. Пусть будут, ладно? Они такие красивые! И тоже розовые! И если вода в волшебной стране розовая, то там и дождь розовый. Правда, Лина? Даже дождь! Я не люблю дождь, потому что он серый. Но если бы дождь был розовый, я бы его очень-очень любила. А вы, Лина? Вы бы любили розовый дождь?