Книга Новенькая не для меня, страница 24 – Тина Дорофеева

— Хорошо. Сколько понадобится времени? – продолжает папа допрос врача.

Я же молча слушаю и пытаюсь свыкнуться с мыслью о предстоящей операции. Как ни крути, а страх никуда не испарился. Перед наркозом, перед неизвестностью.

— Около недели на все про все. Это время Снежана проведет в больнице под наблюдением специалистов.

Папа кивает.

— Сейчас я попрошу принести трость.

— Костыли можем вам подарить взамен трости.

Врач хмыкает.

— Не откажемся, всегда найдутся пациенты, которым эти предметы пригодятся и которые будут рады получить их.

В кабинет приносят трость, а во мне крепнет неуверенность. Я уже забыла, как передвигаться без костылей.

А сейчас мне предстоит встать на ноги перед папой и врачом.

— Помни только, что никаких резких движений. Осторожно вставай на ногу.

Врач поддерживает меня, пока я встаю с кушетки. Перед глазами немного плывет от волнения.

Неуверенно ставлю ногу на пол и переношу вес. Морщусь, и врач тут же напрягается.

— Больно?

Прислушиваюсь к ощущениям в ноге, но боли точно нет.

— Нет, вроде не больно. Просто непривычно.

Доктор хмыкает и присаживается передо мной.

— Ну это нужно исправлять, а то вообще забудешь, как на ногу опираться. Давай, пройдись по кабинету. Если ощутишь боль, сразу говори.

Делаю, как он просит, и мне нравится, что я наконец могу ходить на своих двух, а не держать ногу на весу.

— Ну как?

— Вроде все хорошо. Не больно, просто немного неприятно, когда сгибается нога.

— Ага, такое бывает после долгого периода без нормальной эксплуатации связок. В общем, внимательно к любому изменению в ощущениях. Если что, сразу приезжаешь сюда и мы смотрим.

— Хорошо, поняла. Спасибо.

— Давайте, жду вашего звонка по поводу операции.

Папа благодарит, и мы выходим из больницы. Вдыхаю прохладный воздух и широко улыбаюсь.

— Ну наконец-то, – не могу сдержать восторженного выдоха, – я уже не верила, что это скоро произойдет.

Папа притягивает меня к себе за плечи и целует в висок.

— Я тоже рад, что ты избавилась от третьей и четвертой ноги.

— Ну па-а-а-а-а-ап, – надуваю щеки, и папа тут же хлопает по ним пальцем.

— Обратно в школу и высадить там же?

Киваю.

Даже интересно, как отреагируют одноклассники. И как отреагирует Яр?

Вздохнет с облегчением, что никого больше не надо опекать?

Папа высаживает меня у входа на территорию и качает головой. Посылаю воздушный поцелуй.

Машина отца скрывается за воротами, и я шагаю к проходной, но ворота снова распахиваются и из них на приличной скорости вылетает черная спортивная машина. Я отшатываюсь в сторону от неожиданности.

Машина резко тормозит возле меня. Вздрагиваю.

Со стороны водителя показывается высокая фигура Яра, а у меня глаза на лоб лезут.

Он осматривает меня с головы до ног, и его взгляд останавливается на трости. Переступаю с ноги на ногу, инстинктивно поджимаю больную, но потом вспоминаю, что нет необходимости теперь так трястись, и снова опускаю её на землю.

— А куда костыли дела? – усмехается, а мне его усмешки как ножом по сердцу.

— Проиграла в карты, – задираю нос, чтобы не показать своего разочарования и обиды.

Встречаюсь с карими глазами, которые затягивает мгла. Они становятся почти черными.

— Ты откуда? Со свидания с тем белобрысым, с которым по телефону трепалась?

Шокировано открываю рот и тут же его захлопываю.