Книга Муза Паганини. Скрипач от дьявола, страница 111 – Сина Беервальд

— Реконструкция скрипки почти завершена – осталось лишь несколько часов работы. Сначала я досадовала, что не успела закончить прошлой ночью, но в сегодняшней суматохе я всё равно не добралась бы до Траттенхофа. Завтра всё будет готово…

— Я с нетерпением жду этого момента, а вас приглашаю к полуденному столу. После вручения отметим событие бокалом шампанского.

В ней поднялось чувство облегчения, даже освобождения. С каждым оборотом колёс, с каждым метром, удалявшим их от мастерской, росла и внутренняя дистанция. Она решила: следующие несколько часов не будет думать о проблемах, ждущих её дома.

«Вам стоит уйти».

Нет, нельзя об этом даже думать! Она не должна подавать виду, чтобы ни в коем случае не омрачить радость детей – их щёки пылали, на лицах сияли улыбки. Даже Ахилл ёрзал на коленях отца, вытягивая шею, чтобы не пропустить ничего за окном – уж тем более жирафа. Впрочем, на площади Святого Стефана среди экипажей толпилось столько ряженых – многие на ходулях, – что настоящего жирафа в этой пёстрой толпе можно было бы разглядеть разве что со второго взгляда.

— То, что Вена сошла с ума, не причина моего опоздания… – начал Паганини, но был прерван сыном.

— Когда мы приедем? Сколько ещё ехать? – Ахилл действительно превосходно выучил немецкий, и, подумала Софи с улыбкой, сегодня он нетерпелив, как любой ребёнок – что умилительно. Не сравнить с их первой встречей в присутствии его чопорной матери.

— Доедем к Рождеству, – ответила она как можно серьёзнее. Мальчик уставился на неё широко раскрытыми глазами.

— Так долго? – в ужасе спросил он.

— Это если мы будем сильно торопиться… – с весёлой усмешкой добавил отец, подмигнув Софи. – А может, и к твоему дню рождения только доберёмся.

— Тогда я хочу праздновать с жирафом! С тортом! – воскликнул Ахилл, и все в карете рассмеялись.

— Но у тебя же был день рождения две недели назад… – с улыбкой заметил Паганини. – Неужели хочешь ждать целый год? Не придётся. Мы будем там гораздо раньше.

— Боже мой, что творится! – воскликнула Софи, когда им снова пришлось остановиться. Здесь всегда было людно, но сегодня – никогда ещё она не видела площадь столь запруженной. Неудивительно, что Паганини опоздал, хотя он и ссылался на иные причины. Она вопросительно взглянула на него, и он сразу понял, о чём она думает.

— Задержался из-за контракта – нужно было срочно подписать, – объяснил он.

— Вы планируете давать ещё концерты? – покачала Софи головой, выражая недоумение.

Виртуоз собирался ответить, но сын снова перебил:

— Там, там, там! – Ахилл стучал по стеклу так возбуждённо, что все решили: жираф идёт прямо по улочкам Вены. Но это были два фигляра на ходулях, скрытые под одним костюмом жирафа, соединённые планкой, очерчивавшей узкую спину животного. Передний держал другую планку, поднимая шею и голову жирафа, искусно сделанные из меха. Впереди шёл человек в сине-золотой форме и чёрной фуражке, с попугаем на плече, расчищавший жирафу путь среди экипажей. Вероятно, служитель зверинца, ибо он непрестанно выкрикивал:

— Приходите и дивитесь! Жираф! В час пополудни! В императорском зверинце!

Его голос гремел над площадью, как гром, а задачей, казалось, было оповестить о прибытии жирафа даже в самых дальних уголках города. Попугай вторил ему пронзительным: