Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 108 – Чхон Чжихе

Хон сел рядом с Соран и мягко коснулся ее плеча.

— Да, девчонка она отчаянная. Но я надеюсь, ты простишь ее великодушно. Если бы не она, я, возможно, до сих пор жил бы в плену своей боли.

Он велел главному евнуху принести ларец – тот самый, в котором хранились портрет госпожи Ан и окровавленный пояс от ее платья.

— Эти вещи принадлежали тебе. Я оставлю их здесь, рядом с тобой.

Взглядом, полным тихой скорби, Хон долго смотрел на округлый холмик могилы. Пришла пора отпустить прошлое. Он вылил вино из чаши на могилу и вновь коснулся плеча Соран.

— Ну что, наплакалась? Пойдем. В последнее время ты так много плачешь, что лицо стало некрасивым.

— Простите…

Он ласково вытер ей глаза.

— А теперь пришла пора готовиться к нашему дню. Ты ведь помнишь?

Соран торопливо проглотила остатки рыданий и даже икнула; Хону она казалась до невозможности любимой и красивой.

— Быть счастливыми – это и есть лучший способ отблагодарить всех, кто был с нами, кто нас поддерживал. Давай будем еще счастливее, Соран.

Слова Хона прозвучали так искренне, что Соран подняла голову и, точно рассматривая стеклянные бусины, долго вглядывалась в теплую карюю глубину его глаз.

— Моя королева, моя жена… Спасибо тебе за то, что выжила во всех этих передрягах и вернулась ко мне.

Он взял ее за руку и повел вниз, к подножию горы.

— Дорога наверх была тяжелой, да?

— Нет.

Но не успел он договорить, как Соран поскользнулась на камне и едва не упала.

— Эй, я же просил быть осторожнее.

Вскоре Соран уже сидела у него на спине, умоляя отпустить ее.

— Нас могут увидеть. Люди ведь будут сплетничать…

— Разве ты забыла, что мы собирались вместе построить страну, полную любви?

— Но все равно…

— Тише. Так ты поможешь мне лучше всего.

Багряный закат окрашивал их силуэты мягким светом.

— Теперь… осталось только одно: дождаться Синвона, – сказал Хон.

Даже в этот теплый, полный счастья миг вина за Синвона не отпускала. Неужели вера в то, что он жив, пустая? Нет. Это еще не уверенность, но уже не просто надежда.

Он обязательно, без сомнения, вернется.

— Вот ведь… выходит, увидеть ее теперь еще труднее, чем когда она была просто служанкой… – проворчал Хон.

Соран предстояло провести шесть недель в отдельном дворце. До брачного обряда она должна была там в ускоренном порядке освоить добродетели, подобающие королеве, и усвоить шесть брачных обрядов.

Но больше всех мучился, конечно, Хон. Пока Соран была просто придворной, звать ее туда-сюда было просто. А теперь целых шесть недель без возможности видеть ее, когда захочется.

— А если я опять не смогу уснуть?

— Потерпите немного, Ваше Величество.

— Эх… На свадьбе мне бы следовало выглядеть прилично. А с таким лицом как я в зал войду?

Яд, которым министр травил Хона, частично вывели, но прежней красоты он так и не обрел. То ли сказывались пережитые лишения, то ли еще что-то тревожило: чтобы вернуть здоровье, до обряда, возможно, требовался особый уход. Разумеется, лучшее лекарство для Хона – Соран. А ее теперь не повидаешь вдоволь.

— Зато, если потерпите немного, потом сможете приходить к ней в покои, во дворец королевы, – заметил главный евнух.

— Правда? – встрепенулся Хон. – Это будет… новая обстановка, – заметил он с загадочной улыбкой.

— О чем вы думаете, что так радуетесь, Ваше Величество?