Книга Дракон из черного стекла, страница 191 – Джим Чайковски

Голоса собравшихся на площади зазвучали все громче и жарче: «Ил’лан Рас… Ил’лан Рас… Ил’лан Рас…»Регар повел свою подопечную вверх по ступеням, где та встала под знаменем.

Канте остался в седле, не желая как-то смазать впечатление от этого действа – хотя не то чтобы это ему удалось бы даже при всем желании. Он обвел взглядом толпу, которая на глазах увеличивалась. Люди роились уже даже на боковых улицах и в переулках, стекаясь со всех сторон по мере того, как весть о происходящем разлеталась все шире и шире. Вскоре сотни людей превратились в тысячи. Призывы к Аалийе становились все громче и сопровождались более пронзительными мольбами со множеством целований больших пальцев и протягиванием рук. Это лишь побуждало других делать то же самое – особенно когда с каменного возвышения милостиво поднялась тонкая рука, прикрытая полупрозрачной вуалью.

Крики, в которых звучали ожидание и надежда, уже разносились далеко за пределами площади. Повсюду в воздух поднимались воздетые к небу большие пальцы.

И тут на самом краю площади в воздух высоко взметнулась целая туча огненных стрел.

Рами, похоже, тоже это заметил и резко развернул коня в сторону угрозы.

Канте констатировал очевидное, ничуть не удивленный и оттого еще более несчастный:

— Ну вот, начинается…

* * *

Фрелль так и сжался, когда за стенками кареты послышались истошные крики. Придвинувшись к маленькому окошку, он выглянул наружу. Буря огненных стрел зависла прямо над помостом, поднимаясь со всех сторон площади.

Толпа, собравшаяся за пределами кольца имперских всадников и гвардейцев, в панике бросилась бежать, пытаясь покинуть площадь. Многие же просто пригнулись, оставаясь на месте – достаточно точно определив траекторию стрел, чтобы понять, что целились не в них.

И тут шквал пылающих стрел наконец обрушился на помост. Стальные наконечники искрили, отскакивая от камня. Древки разлетались на огненные щепки.

Пратик тоже сунулся к окошку, оттеснив Фрелля.

— Аалийя?

— Цела и невредима, – доложил тот. – По крайней мере, на данный момент.

При первых же признаках угрозы в воздух взлетели высоко поднятые щиты. Паладин Регар держал самый большой из них, прикрывая свою подопечную. Стрелы ударялись о сталь и рикошетом отскакивали в сторону.

— Я ведь всех предупреждал, что это глупая затея, – сказал Фрелль. – Мы подвергли Аалийю ненужному риску.

— На этом настояла сама императрица. Чтобы вселить в народ надежду, она решила, что…

Пратик инстинктивно пригнулся, поскольку на острие атаки оказался уже их собственный экипаж. Стрелы колотили по крыше, но ни одна не пробила сталь, которой эта обычная на вид карета была обшита изнутри.

— Нужно поскорей убрать Аалийю с площади, – прошипел Фрелль.

Это стало еще более ясно, когда со всех сторон донесся оглушительный рев. Огромная толпа вооруженных людей, человек триста или даже больше, хлынула на площадь с близлежащих улиц. Они проталкивались сквозь съежившуюся толпу низкорожденных, не обращая внимания на тех, кто преклонил колени в знак покорности, и направляясь к помосту. Нападавшие закутались в плащи и закрыли лица; на некоторых были кольчуги или панцири, на других – просто дубленая кожа или грубая ткань. Хотя у всех на рукавах красовались повязки с изображением пары черных мечей, перекрещенных поверх золотых крыльев.