Книга Дракон из черного стекла, страница 142 – Джим Чайковски

Пратик поерзал на стуле.

— Все мы забываем об одной важной детали.

Все взоры устремились на чааена.

— Теперь, когда Элигора подпитывает энергия схизмы, у нас мало шансов победить его. – Пратик кивнул в сторону освещенного солнцем окна. – А по словам нашего бронзового друга, и вовсе никаких.

Канте закрыл глаза, пытаясь перебороть отчаяние, но слова Тихана по-прежнему жгли его изнутри, не позволяя сбросить их со счетов.

«С обретением Элигором полной силы гибельный исход неизбежен».

Канте пытался мысленно отгородиться от этого предзнаменования, отказываясь смириться с ним, однако все с бо́льшим трудом сохранял твердую почву под ногами. Все они слышали, как Тихан описывал Элигора, который с вершины горы косил ряды своих противников при помощи какой-то версии Вик дайр Ра. Канте потер кулаком под ложечкой, где едкой кислотой разлилось чувство вины – припомнив, что практически сам и вложил схизму в руки врага, обрекая мир на гибель.

«Как мы можем надеяться на победу, пытаясь противостоять настолько могучему бронзовому богу?»

Тихан отошел от окна. Черты его лица размягчились настолько, что стало заметно проступившее на нем чувство вины. Но лишь последующие слова та’вина раскрыли истинную причину его стыда.

— Общаясь с прошлым, я осознал свою ошибку – то, о чем сразу не подумал из-за потрясения, вызванного потерей моего ядра. – Одна рука опустилась на то место, откуда он извлек свою схизму. – В этом сохраненном в хрустале видении я узрел практически неисчерпаемую силу и почти безграничную власть, которыми обладал Элигор, что лишь подчеркивает неспособность нашей маленькой группы когда-либо бросить вызов подобному созданию.

— Тогда о какой же ошибке ты говоришь? – спросил Фрелль, переглянувшись с Пратиком, как будто это имело значение для обоих алхимиков. – Что ты имеешь в виду?

Тихан уставился на свою руку, лежащую у него на животе.

— Я никогда не смог бы обладать такой силой, какую продемонстрировал Элигор в видении. – Он поднял взгляд на остальных. – Для этого требуется гораздо больше энергии, чем способна произвести схизма простого Корня. Каждая из наших разновидностей – Корень, Ось и Крест – имеет ядра, соответствующие нашим задачам. Самые мощные и крупные, конечно же, принадлежат Крестам.

— Вроде Элигора, – сказал Канте, вдруг ощутив, что его отчаяние понемногу рассеивается. – Если сейчас у него есть только твоя схизма, то есть схизма Корня, то он может быть ослаблен, скован ее ограничениями.

Тихан склонил голову в знак согласия, но когда поднял ее, на лице у него отразилась безнадежность.

— Однако не заблуждайтесь – он все равно остается чрезвычайно могущественным. И со временем его тело может приспособиться и компенсировать этот недостаток, полностью раскрыв свой потенциал. Во многих отношениях – более важных отношениях – материальные воплощения Крестов куда более податливы, чем даже мое текучее бронзовое тело. Их нельзя недооценивать.

Канте снова сел. На душе опять сгустились тучи.

— Сколько времени потребуется Элигору, чтобы достичь этого?

Тихан пожал плечами, печально покачав головой.

— Не могу сказать. Но согласен с алхимиком Фреллем – нельзя ждать дольше, чем это абсолютно необходимо.

Аалийя с вызовом повернулась к нему:

— У нас есть хотя бы два месяца?