Книга Дракон из черного стекла, страница 112 – Джим Чайковски

Грейлин прищурился. Прямо у него на глазах дымка на горизонте становилась все темней и поднималась все выше и выше, стирая границу между небом и землей. Вскоре открылась истинная мощь чанаринского божества. Пустыня превратилась в сплошную стену из бурлящего песка, протянувшуюся на север и юг, которая неуклонно росла ввысь, – явно исключая любую возможность пролететь над ней.

— Она сбросит вас со Своих небес, – пообещала Эсме с благоговейной торжественностью в голосе.

— Что же нам делать? – повернулся к ней Джейс.

— Чтобы пережить Ее гнев, нужно зарыться поглубже в песок и с молитвой сжигать заготовленные для Нее подношения.

— Другими словами, надо идти на посадку. – Дарант покачал головой и хмуро посмотрел на Грейлина. – Вот тебе и твой план насчет того, чтобы позволить пустыне избавить нас от наших проблем!

Грейлин проигнорировал насмешку. Он знал, что шторм был не единственной угрозой. Если придется приземляться, то им уже никак не избежать бхестийского военного корабля и столкновения с ним.

Лица вокруг него отражали эту мрачную реальность.

За исключением лица Фенна.

Тот явно испытал облегчение.

Канте угрюмо поднимался по ступеням Кровавой башни Крагайна, названной так в честь клашанского бога войны. Это был второй по высоте шпиль цитадели, уступающий лишь королевской резиденции. В Кровавой башне размещались хранилища с картами империи, военные библиотеки, а также великое множество больших и маленьких залов и кабинетов, посвященных тактике, стратегии и различным видам вооружений.

«Все посвященные богу Крагайну».

Скульптура этого воинственного божества, высеченная из гранита, возвышалась над заливом Благословенных. Это был один из тридцати трех Каменных Богов, украшавших гавань Кисалимри. Статуя изображала Крагайна здоровяком с четырьмя мускулистыми руками, в одной из которых он держал щит, в другой – меч, а в двух остальных – секиру и шипастую булаву.

Когда два дня назад Канте и его спутники вернулись из Халендии, памятник этому свирепому богу не вызвал у них особого восторга. Прибыли они в Кисалимри совершенно подавленными, понимая, что потерпели поражение, и были уверены, что неудачная вылазка лишь ухудшила их положение.

«Теперь, когда Элигор восстал из своей спячки, на что мы можем надеяться?»

Предупреждение Тихана омрачило их возвращение к берегам Южного Клаша. Они явились сюда, чтобы перегруппироваться. У них не было особого выбора. С появлением в Азантийе Микейна с отравленной королевой на руках там стало слишком опасно, особенно после того, как Врит засек их в глубинах Цитадели Исповедников.

К моменту их отплытия королевские легионы уже рыскали по всему городу, переворачивая каждый камень в поисках беглецов. Что еще хуже, слухи разлетались быстрее самых быстрых почтовых ворон. Сообщения о появлении в городе принца-изменника укрепили уверенность в том, что это клашанцы отравили королеву Миэллу, подвергнув риску ее неродившегося ребенка.