Книга Дракон из черного стекла, страница 109 – Джим Чайковски

Грейлин глянул на Эсме, которая стояла рядом, явно взволнованная, широко раскрыв глаза и обводя собравшихся немигающим взглядом.

Джейс кивнул.

— Я спросил у нее, знает ли она что-нибудь о краях за пределами этой карты.

Крайш развернул пергамент, который держал в руке, и уложил его на приколотую к столу карту, к востоку от всех этих флажков.

— Она смогла добавить еще несколько деталей. Собственными глазами Эсме ничего из этого не видела, но у чанаринов богатая устная история – ей не раз доводилось слышать обо всяких диковинах, таящихся в самой глубине пустыни.

Крайш принялся тыкать пальцем в какие-то грубые наброски на своем пергаменте.

— Дно древнего озера, давным-давно высохшее и покрытое коркой ярких изумрудных кристаллов… Разливы черной с перламутровым отливом нефти, которые неустанно пузырятся и источают ядовитые газы… Глубокие пещеры с холодными источниками…

На листе пергамента были отмечены и другие места, но Джейс прервал Крайша, явно слишком возбужденный, чтобы заслушивать это монотонное перечисление:

— Однако есть и более древние истории, которые ей довелось слышать. О некоторых участках пустыни, что лежат даже за пределами этого пергамента Крайша.

— Совершенно верно. – Алхимик кивнул Эсме. – Расскажи им о том, о чем недавно поведала нам, – о богах из самых глубин пустыни, где песок превращается в стекло.

Все взгляды обратились к юной кочевнице. Явно смущенная всеобщим вниманием, она вдруг словно проглотила язык. Джейс коснулся ее плеча – не для того, чтобы подтолкнуть к разговору, а просто для поддержки.

Наконец Эсме выдохнула, освобождаясь от охватившего ее напряжения.

— Известно мне не так уж и много. У чанаринов есть древние саги, на пересказ которых могут уйти целые дни. Однако в одной из самых древних говорится про диковинный лес из живых кристаллов. Про бескрайние пески, превратившиеся в черное стекло – и огромное чудище, что спит под ним.

— Чудище? – переспросила Никс, прищурившись и явно силясь пронзить взглядом пелену, застлавшую зрение.

Эсме посмотрела через дверь в носовую часть корабля.

— Про гигантского драакки.

— Дракона по-нашему, – тут же перевел Джейс.

— Согласно нашим сагам, у этого создания целое множество имен. Чаще всего его называют просто Драакки нейе Берш –или же «Дракон из Черного Стекла». Иногда его описывают как бога, иногда как демона. Но все эти истории сходятся в том, какую угрозу он собой представляет.

— И какую же? – спросил Даал.

Эсме обвела взглядом стол.

— Согласно легенде, когда Драакки нейе Берш проснется, весь мир разлетится на куски.

Грейлин невольно поежился. Это апокалиптическое предупреждение прозвучало в точности как то зловещее пророчество об обрушении Луны. Всем остальным наверняка пришла в голову та же мысль, поскольку в каютке воцарилась гробовая тишина. И все же все прекрасно понимали, что если где-то там находится и турубья, то никто не предложит повернуть назад.

Один только Крайш вроде не замечал всего этого. Пока Эсме делилась своим знаниями, алхимик собрал разбросанные судонаправительские инструменты и принялся за работу в дальнем конце прикрепленной к столу карты – противоположном наброску контуров Восточного Венца. Тщательно что-то измерял циркулятором, чертил углем…

Грейлин вдруг догадался, к чему был весь этот разговор.