Книга Веронская насмешница, страница 12 – Кристина Додд

— La merda^[6], женщина, ты что, не можешь заткнуться? – выпалила я в раздражении.

— Не будь вульгарной, Розалина, – машинально велела мама.

Нянюшка сделала невинное лицо.

— Заткнуться, когда мне известна правда, было бы грехом умолчания.

Три мои сестры закружились вьюнами, демонстрируя свою истинную сущность несносных маленьких проказниц.

— Что он дал тебе, Рози? Кольцо? Он подарил тебе поцелуй? Или свое сердце?

— Уж точно не сердце! – Признайся он в любви, я бы, пожалуй, и не ответила на его чувство, но не злилась бы так сильно.

— Никакого кольца мы не видели, – сказала София, – значит…

Катерина и Эмилия принялись скандировать:

— О-о-о, это поцелуй. Это поцелуй. Это поцелуй. Это…

— Хватит, девочки, – проговорила мама твердо, но с улыбкой. – Мы должны дать Рози шанс сохранить свою тайну.

— Гм-м. – Как будто такое возможно в этом доме!

В комнату ввалился потный и измученный папа, подталкивая перед собой Чезарио. Томмазо, молодой лакей, недавно повышенный до должности папиного камердинера, держался позади, и вид у него тоже был измочаленный.

— Узрите же моего сына, превосходно одетого. А теперь я сам должен еще раз переодеться. Только смотрите, чтобы он не испачкался и ничего не порвал. Я быстро. – С этими словами папа выскочил из моей спальни и помчался по коридору в родительскую комнату. Верный Томмазо не отставал от него ни на шаг.

Чезарио, развеселый бесенок, улыбнулся и принял красивую позу.

— Княжна Изабелла увидит, какой я красивый, и полюбит сильнее прежнего.

— Да ты – прыщ на заднице человечества! – Выбирая между дипломатичностью и оскорблениями, Эмилия всегда останавливалась на втором варианте. – И княжна Изабелла это знает.

— Никакой я не прыщ! – Чезарио толкнул сестру. – Вот и нет!

— Вот и да! – Та толкнула его в ответ.

— Она так не думает! – Новый толчок.

— Думает-думает! – Эмилия всем телом врезалась в брата.

Нянюшка схватила обоих детей шкирки и растащила в разные стороны.

— Вы оба останетесь чистенькими и аккуратненькими, пока не доберетесь до дворца, или я лично простирну и проглажу вашу одежду прямо на вас.

Брат с сестрой вдруг обмякли так, что повалились на пол, и оставались там, пока не вернулся папа, облаченный в другой костюм.

— Подумать только, раньше, чтобы одеться, у меня уходил час, – недоумевал он.

— У детей есть неожиданное свойство совершенно менять приоритеты. – Мама положила руку на живот и полуприкрыла глаза. – Этот ребенок куда спокойнее Чезарио. Наверное, девочка.

— Нет, мама, это мальчик. – София произнесла это, будто изрекая общеизвестную истину. – Он похож на дедушку Монтекки и станет прославленным виноделом.

Все уставились на нее. У Софии имелась поразительная способность предсказывать будущее, которая никого не волновала бы, если бы сестренка ошибалась, но такого не случалось никогда.

Надо сменить тему, пока кто-нибудь не заговорил о колдовстве.

— Так вот, насчет предстоящего визита, – провозгласила я, старательно и неискренне изображая жизнерадостную уверенность. – Все наверняка будет вовсе не так плохо, как мы боимся.

— В центральном атриуме дворца есть экзотические деревья и другие растения из дальних стран, таких как Персия и Аксум. Вот это дерево, обычно называемое пальмирой, можно узнать по продолговатым свисающим листьям и грубой шершавой коре. – Князь Эскал указал семейству Монтекки своими длинными перстами на упомянутые листья, и мы в унисон кивнули, изо всех сил тараща глаза, чтобы нечаянно не задремать. – Говорят, далеко на востоке, в теплых краях Джамбудвы, они достигают гигантской высоты.