Книга Веронская насмешница, страница 108 – Кристина Додд

Проснулась я у себя в спальне, когда стены коснулись первые лучи восходящего солнца, и стала осматривать себя из-под полуопущенных век.

Лицо пульсировало. Под ночную рубашку были засунуты полотенца, потому что у меня раньше времени начались месячные. Тело казалось сплошным синяком. Но в целом, учитывая случившееся вчера, жаловаться было грех.

Ведь накануне меня разбудили еще до рассвета сообщением, что нонна Урсула ранена.

Я сходила в лавку брата Лоренцо, приготовила лечебное снадобье и отнесла его во дворец.

Потом часами сидела с княгиней, дотрагивалась до нее, разговаривала с ней.

Утешала княжну Изабеллу и помогала ей советами.

Поднялась на башню в поисках призрака покойного князя, но вместо него встретила своего Единственного и Неповторимого Лисандра, который оказался вдобавок Гениальным Изобретателем, устанавливающего светильники на четыре вертикальные стойки по ее углам – просто фаллические символы какие-то! Слава Богу, он меня покормил и продемонстрировал свои светлые намерения.

Затем нас в довольно интимный момент обнаружил мой жених князь Эскал, которому не понравились наши взаимные дружеские подначки, но я тревожилась о нонне Урсуле и поэтому не сразу поняла, насколько серьезно его беспокойство.

Я спустилась с башни и лечила раненых соратников князя, а потом и его самого.

Ужаснувшись состоянию дворцовой кухни, я прихватила с собой в качестве мускульной силы Марцелла, который казался прямо-таки воплощением недовольства, изменила там все, а потом своими руками приготовила вкусный суп, чтобы накормить людей.

Сходила в сад, собрала ароматных трав и цветов в надежде вернуть к жизни нонну Урсулу, а еще пережила несколько тревожных моментов в обществе брата Камилло, который до тех пор был для меня воплощением праведности, благопристойности и готовности помочь.

Вернувшись в покои вдовствующей княгини, я обнаружила там жениха и княжну Изабеллу, они приговаривали остатки моего супа, а Кэл вдобавок критиковал меня… Нет, ну серьезно, что с ним не так? Потом я пустила в ход свои пахучие травы, пытаясь привести в сознание нонну Урсулу, но потерпела поражение, расстроилась и более-менее пообещала князю не покидать дворец, пока он со своими людьми будет усмирять дисциплинати, затеявших в городе бунт. Ну какой идиоткой нужно быть, чтобы в такую ночь отправиться на улицу?

Как раз такой, как я.

Я переговорила со Старой Марией, поняла, что Паскета исчезла, но мне не удалось даже начать расследование, потому что пришла нянюшка с новостями от мамы, синьоры Джульетты, которая отчаянно во мне нуждалась. Оставив при нонне Урсуле и княжне Изабелле охрану, мы с Томмазо и нянюшкой отправились домой, но… в общем, вы помните, что тогда случилось. Я вот определенно помню, причем слишком уж детально.

И я приняла у мамы роды, помогла появиться на свет своим братьям.

Прижав ладонь к животу, я попыталась подняться с подушек.

Чья-то рука скользнула мне под спину, поддержала, я повернулась и в потрясении увидела перед собой строгое лицо князя Эскала. Вероятно, я еще не совсем пришла в себя, потому что улыбнулась, не стала возражать против его помощи и сказала:

— Приветствую вас.

Я была слабая, но живая, он тоже оказался живым. Какое счастье!

Суровые губы князя не улыбались, конечно нет. Ему вообще редко удавалось приподнять уголки рта, он с трудом понимал, как это делается, но его глаза потеплели.