Книга Егерь. Охота, страница 99 – Николай Скиба

Она смотрела на Режиссёра с новым выражением — смесь удивления и уважения.

— Сколько он сможет так держать поток?

— Достаточно. — Я повернулся к ручью. — А теперь — вниз.

Спуск оказался крутым, но проходимым. Стёпка несколько раз оступался, но Лана ловко подхватывала его под локоть.

Следом мы двинулись вверх по руслу, ступая по скользким камням. Режиссёр шёл позади, поддерживая воздушный поток ещё несколько минут, потом растворился в духовной форме.

— Готово, — сказал я. — Теперь наш фантом уводит их к источникам. Там вулканические газы, плохая видимость, опасные трещины. Пока они разберутся, что след ложный, мы должны разобраться.

Лана молча кивнула. В её взгляде я прочитал вопрос, который она не стала задавать вслух. А если не сработает?

Стёпка брёл вперёд, стиснув зубы. Холод, похоже, даже взбодрил его — щёки порозовели, глаза стали осмысленнее.

— Макс, — сказал он тихо. — Кто ты такой, чёрт возьми?

Водопад оказался мёртвым в самом буквальном смысле.

Колоссальный поток воды, застывший в момент падения. Ледяные струи толщиной в человеческий торс, навеки замершие на полпути к земле. Сосульки размером с деревья, свисающие с козырька скалы. Всё это сверкало в тусклом свете, отражая редкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака.

Красиво и жутко одновременно.

Холод здесь был другим — не просто зимним, а каким-то неправильным и первобытным, и это сразу привлекло моё внимание. Он проникал под кожу и забирался в кости.

Даже Режиссёр, которого я выпустил по понятным причинам, недовольно фыркал и жался ближе, а его обычная уверенность сменилась настороженностью хищника, почуявшего что-то неладное. Красавчик так вообще не вылезал из-за пазухи, его маленькое тельце дрожало от холода.

— Вход там, — Лана указала на тёмный провал за ледяной завесой. — Грот.

Мы протиснулись внутрь, обходя острые края замёрзших потоков. Лёд скрипел под ногами зловещим звуком, напоминающим стоны. Стёпа шёл последним.

Грот оказался огромным — настоящим подземным собором. Потолок терялся в темноте высоко над головой, стены поблёскивали толстым слоем инея.

Я остановился и прислушался. Тишина была абсолютной — даже капель не было слышно. Ничего. Ни одного отблеска жизни, ни одной искры магической энергии. Только мёртвый камень и древний лёд.

— Разделимся, — скомандовал я, но тут же одумался, глянув на размеры пещеры. — Нет, стой. Держимся вместе. Здесь акустика как в колодце. Любой звук вернётся усиленным в десять раз.

Жестом остановил Афину, которая уже собиралась рвануть в темноту, повинуясь охотничьим инстинктам. Она будто чуяла что-то, что ускользало от моих человеческих чувств.

Мы двинулись вдоль левой стены, сохраняя строй. Я пытался «слушать» воздух кожей. В таких пещерах всегда есть тяга. Теплый воздух идёт вверх, холодный — вниз. Если Тигр здесь, если в нём осталась хоть искра огня — потоки воздуха должны это показать. Даже самое слабое тепло поможет найти.

Но воздух стоял. Он вообще не пах ни зверем, ни жизнью, а обычной мокрой пылью и перемороженным камнем. Запах могилы.

Режиссёр передавал мне свои ощущения — полное отсутствие движения воздуха, никаких завихрений, никаких признаков дыхания крупного существа.

Пустота!

Мы обошли грот по периметру, тщательно осматривая каждый закоулок, каждую трещину в стенах. Я проверил пол на предмет следов, обнюхивал воздух, искал царапины на камне — всё, что мог! Лана использовала своё обострённое чутьё оборотня.