Книга Павший, страница 183 – Анна Щучкина

Реальность дрогнула. Всюду – от башен до катакомб – рванулись нити, державшие мир в плену. Солдаты императора пошатнулись. В их плечах хрустнуло, как при разрыве сухожилий.

Астраэль ухватился за золотые перила. Его лицо исказилось. Он задыхался – не от страха, а от боли: связи рвались и в нем тоже. Там, далеко, у Рейна в эту же секунду свело грудь. Все, кто жил чужой силой, платили теперь сполна.

Тень над Ямой дрогнула. Тленный дракон, до этого неподвижный, расправил крылья – и рухнул. Не как птица. Как камень, вспомнивший, что падать – его природа.

Огонь не вырвался наружу – он ворвался внутрь. Сначала – мягкий жар, который заставил меня прикрыть глаза. Потом – треск. Живой, голодный. Стены Ямы вспыхнули. Пламя лизнуло край провала.

Хетт сгорел. Я видела, как его силуэт исчез в огне. Астраэль выгнулся, будто на спину ему вылили раскаленный металл. На золотых перилах остались следы ладоней – матовые, обожженные. Император шевелил губами, пытаясь вернуть Слово. Но я произнесла его на языке мертвых, а мертвые не возвращаются.

— Стоять, – приказал Винсент слугам, порывавшимся помочь императору.

Я не смотрела ни на кого. Только на руны. Они стягивали последний шов мира.

Волна магии прокатилась по площади. Зеваки уже разбежались, и открывшийся портал привел Аису прямо к покосившемуся строю охраны. Дочь Костераля шла навстречу врагам – пешком, без дракона, без крыльев, только с огнем в ладонях. В тылу у императорских солдат уже стояла Кристен с мечом в руках, а отряд Асиры окружал клетку, в которой сидел последний друг моего брата, Эжен. Они не ждали приказа. Они знали: сейчас или никогда.

А я держала Слово до конца.

Камень под ногами дрожал. Легкие горели. Я опустилась на одно колено – лишь на миг, чтобы вдохнуть. Потом поднялась. Женщина в белом не имеет права упасть, даже когда рушится все вокруг.

Таррвания приняла жертву. Меч дома Корс вернулся в ножны. Я провела пальцами по рукояти, как по волосам ребенка, и сжала кулак.

А другой рукой вытерла скатившиеся по щекам слезы.

Дворец Алого заката

946 год правления Астраэля Фуркаго

Сначала пропал звук.

Очень странно. Я привык слышать их всех – десятки, сотни: шелест дыхания, ворчание старых самцов, нервные переливы молодых, впервые идущих в бой. Этот хор был частью меня, как пульс в висках. Я перестал его замечать – и потому разрыв оказался особенно жестоким.

— Держи строй, – бросил я Кисе сквозь зубы.

И в тот же миг понял: держать уже нечего.

Наступила пустота. Не просто тишина – словно вырвали нерв и оставили зияющую рану. Сердце ударило раз… второй… но каждый удар приходился в мертвое место, где раньше билась целая стая. Я потянулся к ним – и наткнулся на холод. Позвал – и тьма осыпалась трухой на мои ладони.

Киса содрогнулся подо мной всем телом. Связь рвалась и для него – не через разум, а через мышцы, сухожилия, через отчаянный рывок шеи. Он взвыл коротко, надрывно: «Где они? Где все?»

— Здесь, – выдохнул я, чувствуя, как сознание ускользает. – Я здесь…

И провалился во тьму.