Книга Пепельные следы, страница 60 – Александра Н. Пушкина

Сюзанн понимала, что ей предстоит долгий путь пешком. Нанять экипаж было не на что, а единственную их лошадку, умную и смирную старушку Вайс, забрал отец, когда в последний раз уезжал из дома. Что-то с ней теперь? А еще Сюзанн знала, что для юной девушки такая дорога опасна, а значит, ей не обойтись без спутника. Пусть нехотя, она все же признала необходимость обратиться к Тому. Даже если он не сможет бросить свое стадо, то укажет скрытые в лесах тропы, которыми идти безопаснее, чем тореным трактом. Странное дело, но, когда Сюзанн разрешила себе больше не обижаться на старого друга, на сердце стало теплее. Она знала, что он, как и всегда, ждет ее на лесной опушке, это было неизменно, будто восход или закат, и от этого становилось спокойно и легко, словно в ее руках зажегся фонарь, рассеивающий ночную мглу.

Сюзанн сжала в руке желудь, который считала талисманом, и в последний раз окинула взглядом комнату, где провела много счастливых и горьких лет. В темноте очертания предметов размывались, но она так хорошо все здесь знала, что смогла бы найти любую вещь с закрытыми глазами. Печаль по уходящему сжала сердце, и Сюзанн глубоко вдохнула:

— Что ж, пора.

— И впрямь, – раздался за спиной знакомый надменный голос. – Нам и впрямь пора поговорить.

Сюзанн вздрогнула и обернулась.

— Агата?!

Мачеха стояла на пороге, словно древняя ведьма в мерцании свечей на трехрогом подсвечнике. Сюзанн постаралась встать так, чтобы закрыть собой платье, но роскошные ткани и шитье наверняка были хорошо видны даже с краю. Блики света искрились на золотой и серебряной нити, выхватывали из темноты сверкающие драгоценные камни.

— Я признаю, что слишком долго избегала тебя, дитя, – склонила голову Агата, – но теперь пришла пора обсудить все, что накопилось между нами за эти годы.

— Я должна идти, – упрямо произнесла Сюзанн. – Пропустите меня… пожалуйста.

— Нет, дорогая. Я пообещала Вальдеру за тобой присмотреть, поэтому прежде мы сядем и поговорим, как следовало бы поговорить дочери и матери.

Пообещала?! Что это значит? Неужели Агата все это время знала, где отец?! Мысли заметались в поисках правильного решения. С одной стороны, пепельные могут прийти за ней с минуты на минуту, и тогда никто ее не спасет. С другой, если мачеха не обманывает, она может подсказать путь к отцу. Ведь то, что он в монастыре в Заале, – только предположение. Будет ужасно совершить долгое трудное путешествие и узнать, что Вальдера Иллерстрома там даже не видели. Что ж… пожалуй, они могут побеседовать где-нибудь, где пепельные не станут сразу ее искать.

— Хорошо, но вы должны знать, что меня ищут и…

— Пойдем в мою комнату, там нас никто не побеспокоит.

«Там есть камин», – про себя вздохнула Сюзанн, но говорить вслух не стала, понадеявшись, что у них есть немного времени. Она просто кивнула и последовала за Агатой. Та обернулась и бросила взгляд мимо Сюзанн на ее кровать, но ничего не сказала, лишь торжествующе улыбнулась. Впрочем, и этого было достаточно, чтобы ее падчерицу бросило в озноб.

В спальне оказалось на удивление тепло. В камине пылал огонь, и Сюзанн невольно задумалась: ради чего такие траты, если дом обогревает печь в кухне? И лишь следующей мелькнула мысль о том, может ли пламя стать помехой пепельным и что о них знает мачеха. Та приглашающе махнула рукой на складное чашевидное кресло, перетянутое гобеленовой тканью, а сама опустилась в другое напротив.