Онлайн книга «Двуногое всесилие»
|
Полтора часа гульбы, и я вместе с этой студенточкой тащу отключившегося художника в его мастерскую, причем, предварительно уже получив от него разрешение «зависнуть». Дальше легкая проза жизни в виде сопящего у себя на продавленном диване хозяина хаты и обиженно уснувшей на раскладушке девочке, которой холодный и загадочный верзила отказал в интиме, любви и ласке. Еще бы. Что мне с этим хомячком делать? И куда? И, самое главное, где? Раскладушка моих килограммов бы не пережила, а пол в мастерской мыли революционные матросы, причем плохо. Поздним утром я окончательно купил сердце хозяина хаты тем, что накупил продуктов и даже немного пива. Виталик, так звали художника, во всю цыплячью грудь орал, что я ему теперь дороже брата и вот сейчас, как только он немного придёт в себя, то обязательно позвонит своим друзьям, чтобы они принесли сюда нормальную кровать. Похлопав его по плечу, я сообщил, что лучше матрас, да и то, мне только на пару-тройку ночей, а там найду себе что-нибудь. Искать так-то не собирался, мне важен был сам Виталик и его гости на случай, если понадобятся свидетели. Ну… и кое-что еще. Теперь, получив кое-какую базу в Северной Пальмире, я приступил к решению основной задачи, которую сам себе тут и нарезал. Я хотел выйти на того, у кого нет никакого стимула действовать мне во зло, но при этом есть ресурсы и информация. Мне нужен был Валиаччи. А что нужно для поиска совершенно неуловимого лидера «Стигмы», ушедшего в глубокое подполье? Питер, легализация, Виталик и немножечко… цинизма. Ну, или скажем иначе? Памяти из другого мира? Я прекрасно знал, что замечательные люди, проживающие в Литовской и Латвийской ССР, как и в прекрасной Польской Народной Республике, бывшей якобы союзником, всегда отличались двумя вещами — ориентацией на Запад и большой обидой на окружающий мир, которому предложить им было хер да маленько, а вот потребовать (не попросить!) желалось куда больше. И соответственно, именно в этих трех государственных образованиях идеи «Чистоты» нашли наибольший отклик. Какое-никакое эхо этих идей, да еще и в Питере? Обязательно будет. Так что я приготовился клевать по зернышку, пока не доклююсь до нужного. Только вот разные неформалы и прочие сатанисты у нас в Советском Союзе существа пугливые и осторожные, поэтому придётся провести кое-какую начальную подготовку с Виталиком и его знакомыми, заваливающимися к художнику с дивной регулярностью. Тем же вечером, после прогулки на несколько часов, я пришёл назад к Виталику, выложив три пакета еды и выдохнув кубометра два жуткого перегара. Добыв из одного пакета бутылку кагора и поллитру, я принялся делать из них коктейли, мрачно курить и смотреть на Питер. Художник, натура тонко чувствующая, молча писал картину на холсте, изредка шмыгая носом в знак поддержки. Или может быть потому, что из пакетов пахло жареной курой-гриль. — Виталик, — пьяно и серьезно спросил я, — Ты за сколько мой портрет напишешь? — За деньги, — тут же отреагировал раб искусства. — Ну конечно, за деньги, — вяло возмутился я, — А по времени? — Гм… — золотой телец всё-таки смог сделать то, чего не сделала кура — оторвал творца от работы, — Ну, сегодня для Ельцовских заканчиваю, а значит, завтра пью, послезавтра пью, послепослезавтра у Маришки Агалиной день рождения, так что в воскресенье начнем, и, думаю… |