Книга Посадка в лужу, страница 42 – Харитон Мамбурин

— Дело у меня тут, — пробубнил я, нехотя останавливаясь перед смертным, перегородившим мне дорогу.

— Этот дом лишь для тех, кто верит в Жаниагатту! Прочь отсюда! — рыкнул уродец, явно вскрывая собственные резервы божественной энергии, дабы перейти к более существенным мерам, чем предупредительные слова.

— Слышишь… — не стал я тоже размениваться на уговоры, — Подвинься… нафиг. Взял он тут моду говорить за богов. Дело у меня к вашей Жанниагатте. Подними руку, и я дам слово, что не собираюсь как-то оскорблять храм и бога. А потом пропусти.

— Пребывая здесь, ты, затворник, оскорбляешь меня и всех прихожан! А заявляя, что у тебя есть дело к нашему богу — оскорбляешь втройне!! — взвизгнул жрец, начиная ощутимо для глаз светиться. Жаль только, что весь, а не только ладонью, как я его попросил.

Дело принимало нехороший оборот, но меня и так уже откровенно достало все подряд. Планы рушатся, начальница дурит, Лала того и гляди устроит нам локальный армагеддон своим неуемным любопытством, Переяславу у меня отняли, а тут еще эта мартышка буянит.

— Прочь с дороги, говно! — рявкнул я, доставая из инвентаря лучащийся божественной силой ларец, переданный мне богиней Эттой.

Это возымело именно тот эффект, на который я и рассчитывал. Уродливый жрец прохрипел нечто неразборчивое, попытался отпрыгнуть назад, запнулся, сваливая несколько небольших стульчиков без спинок, которые тут шли вместо скамеек, и проворно пополз задом назад, открывая мне дорогу.

— Сказал же, дело к богине, что, сложно руку поднять, да слова проверить? — беззлобно бурчал я ему, неся ларец к алтарю, — Вот мне нечего делать, кроме как по храмам мотаться и искать, где жрец воспитанный попадется, да?

Мужик шокировано на меня пялился, продолжая делать попытки отползти подальше. У меня возникло нехорошее подозрение, что он только сейчас понял, на кого орал. Тут же все, кто выше сотого уровня и стального класса — ого-го какие парни.

Ларец, который я аккуратно поставил на алтарь, тоже преподнес неприятный сюрприз — вместо того, чтобы тихо исчезнуть, как обещала Этта, эта красиво инкрустированная пакость пропала в мощнейшей вспышке, оставив у меня впечатление, что кроме световых эффектов еще что-то оттуда вырвалось и разошлось по сторонам. Но, дело было сделано. Действительно нетрудно, как богиня и обещала — за безопасность своей Слуги и единорога я только что расплатился сполна. Причем, если уж вспомнить наш диалог с божественной сущностью — вполне вероятно, что расплатился светлым будущим бессмертных. Или темным… в подробности я не вдавался.

Идя на выход из храма, я услышал за спиной потрясенный голос:

— Ты сам-то хоть понял, что возложил на алтарь, глупец?! — голос уродливого смеска звучал с неподдельной горечью.

— Да мне как-то чхать, — искренне сказал я ему, — Мне поручили, я сделал. Не вам же, верующим, такое доверять. Сопрёте.

Не можешь воспользоваться — сделай вид, что тебе это не особо-то и нужно. Я знал о том, что в ларце до ядреной бабушки божественной силы, которая может могуче облагодетельствовать любое существо, смертное или нет. Именно по этой причине боги через Этту и доверили мне ящик — для изолированного от внешних энергий орка он был бесполезен.

Что именно собираются устроить высшие сущности, озабоченные наглеющими Бессами, меня не волновало. Куда интереснее для меня был другой вопрос — не согласятся ли они уничтожить Нихон ради того, чтобы я перестал мельтешить по мирам и странам, осев где-нибудь надолго и всерьез? Шанс на это был, а уж если учесть, что Митсуруги совсем не собирается мне рассказывать, где эта ее империя, то как бы он ни был моим… почти единственным. Я не герой — если для достижения моей цели нужно натравить на нихонцев богов или бессмертных, да хоть простых жителей этого мира… я постараюсь это сделать.