Книга Посадка в лужу, страница 39 – Харитон Мамбурин

— Элементарно. Ты, продемонстрировав себя массам, тут же вкинула двадцать миллионов золотом за живого Соломона. Это раз. Ты, очевидно, предана Нихону, о котором никто ничего не знает. Это два, — загибал я пальцы, — Вывод? Сильные не таятся, значит — империя слаба. Удобно и тайно расположена, но слаба. Знай ты секрет, как избежать безумия, то явно бы поделилась с любимой нацией, а та бы точно себя вела понаглее.

— Предана нации? А это ты как определил?

— Перестаньте, госпожа архимаг, вы меня смущаете. Я себе уже таким умным кажусь! — шутливо вскинул я руки, но тут же резко добавил, — Потому что ты ведешь себя как очень большой босс. Это поведение въелось в тебя. Нам, вольным Бессам, эта профессиональная деформация бросается в глаза. Мы все индивидуалисты… и одиночки. Нам некому приказывать.

Митсуруги перекинула одну ножку на другую, явно задумываясь. Возникла пауза.

— «Отрешенность повышена на 1»

Уже тридцать пять. Интересно, а не попросить ли ее раздеться? Не буду, а то вдруг согласится? Не уверен пока в своей силе воли.

— Ладно, Джаргак, — наконец выдохнула Ай, — Ты мне порядком нахамил, но и сказал при этом многое, над чем мне нужно будет подумать. Хочу тебе тоже кое-что сообщить, дабы мы оба провели время с пользой. Итак, слушай…

Хозяин постоялого двора смотрел на меня и трясся. Я его рассматривал с некоторым удивлением — худой, костистый, бледная кожа с большими порами, но при этом выделяющееся округлое брюшко. Странные тут люди. Тем временем Хэвос, так его звали, продолжал на меня смотреть, трястись и нервно облизываться, будучи определенно выбитым из колеи. Я его понимал — когда в твое заведение врывается огромный серый питекантроп и с фразой «надо поболтать» утаскивает тебя в подсобку на кухне, где повара обычно пьют чай, то волей не волей вспомнишь все свои прегрешения. А их у хозяев таких полузлачных мест обычно хватает.

Всё началось с того, что Митсуруги меня разозлила. Как будто забыв о том, что я ей только что втолковывал о необходимости нормального общения, моя бывшая подруга прямым текстом потребовала предоставить ей координаты Киры, моей Слуги. На мой резонный вопрос «с какого перепуга?», Ай попробовала пригрозить мне тем, что если я не передам ей Киру, то могу с полным основанием считать Нихон своим врагом. Смеялся я не громко, но выразительно, глядя на волшебницу, как на полную дуру.

Вот она, беда и печаль всех цивилизаций мира. Социум не может прогнуться под каждого индивидуума, который этому социуму необходим. А иные пути воздействия… какие? Семья? Нету. Жизнь? Мы бессмертны. Богатство? Оно спрятано у Бессов в их инвентарях и на складах Домов Матери. Пытки? Зов к Матери. Родина? Идея? Религия? Это всё тлен. В итоге всё сводится к простым туповатым угрозам, расходы на реализацию которых социум себе позволить банально не может.

С другой стороны, если индивидуум слишком опасен…

Всё кончилось довольно безобразно. Ай заорала мне в лицо, что я могу забыть про Переяславу, я в ответ не сдержал злость, искренне пообещав японке, что информация о том, что она может заставить подконтрольного Бесса как минимум прибегнуть к Зову Матери, станет достоянием широкой общественности сразу, только я появлюсь в Срединном Мире. После чего я плюнул на пол и вышел в окно с фразой «Учись, дура, как надо разведку проводить». Спрыгнул на мостовую и зашел себе обратно, в тот же постоялый двор, где мы и сидели под маскировкой. Уволок хозяина в подсобку и теперь наблюдал, как он пытается выйти из шока.