Книга Миттельшпиль, страница 178 – Шеннон Макгвайр

Роджер изумленно таращится на нее, потом захлопывает рот и садится прямее, в глазах появляется застарелая настороженность.

— У меня нет сестры, – лжет он на автомате. И стыдится этой лжи, краснеет, но продолжает: – И даже если есть, это не делает нас… чем бы то ни было.

— Я в курсе, что большинство людей верит каждому твоему слову, но мы с Доджер жили в одной квартире до того, как я стала твоей девушкой, и я не собираюсь ее забывать. Она твоя сестра, и если ты в опасности, то и она тоже. Я должна была остаться с кем-то из вас, а ты более опасен, поэтому я с тобой. Мы должны ее найти. – Эрин поджимает губы. – Как думаешь, она услышит тебя, если ты выйдешь на связь? Попробуй. Ее нужно предупредить. Я на самом деле не знаю, под наблюдением она или нет, и, если за ней следят, может оказаться, что бежать без толку.

Эрин не может рассчитывать, что в этой версии происходящего у них хватит времени добраться до Доджер. Проблема в том, что, когда все начинаешь с нуля, что-то меняется. И если изменения слишком значительные, это конец игры, и она жертвует собой ради плана, который обречен на провал.

Роджер смотрит на нее со все возрастающей тревогой. Он умен. Есть вещи, о которых за прошедшие годы он ни разу не вспоминал, моменты, когда она выходила из роли, пытаясь его предупредить. Она видит, как он собирает кусочки воедино, как они складываются в целую картину, как бы мало ему этого ни хотелось.

— Эрин, – говорит он наконец, – милая, ты в порядке?

— Доджер Чезвич – твоя сестра, – отвечает она. – Отрицание – это забавно, и, если быть честной, я его поощряла, но время отрицаний прошло. Теперь надо проснуться, если не хочешь, чтобы на этом все закончилось. Ты что, действительно забыл, что я о ней знала? Ты настолько сильно убежал от себя самого? Я что, просто так позволила бы тебе все эти годы держать ее фотографию возле нашей кровати? Серьезно, ты же достаточно умный. Подумай сам.

— Это не значит… – Он обрывает сам себя, замирает и бросает на нее подозрительный взгляд. – Из того, что она моя сестра, не следует все остальное.

— Еще как следует. Мы уже встречались раньше, Роджер, на невероятной дороге, и я знаю, как ты появился на свет.

Настоящий ответ намного больше и сложнее, но только такой ответ он может принять здесь и сейчас, а ей необходимо, чтобы Роджер его принял. Необходимо заставить его шевелиться. Если к утру она не выполнит приказ, они об этом узнают и пришлют кого-то, кто выполнит. Она не единственная, кто умеет охотиться.

— Так ты можешь связаться с ней или нет?

— У меня нет ее номера.

— Я не об этом. – Эрин холодно на него смотрит. – Закрой глаза и свяжись с ней. Я знаю, что ты можешь. Ты тоже знаешь. Сейчас у нас нет времени на твои долбаные заморочки, Роджер, и мне не хватит терпения сидеть и держать тебя за руку, пока до тебя дойдет. Я рискую собственной жизнью, чтобы спасти твою. Так прояви хоть каплю благодарности и свяжись уже со своей чертовой сестрой.

Он опять изумленно таращится на нее, пока она идет мимо кровати и, встав на колени, открывает нижний ящик своего комода. Отодвинув в сторону слой нижнего белья и средств гигиены – Роджер всегда с пониманием относился к ее месячным, без проблем мог сходить в аптеку, если она просила (частично она объясняет это количеством времени, которое он провел в голове у Доджер), но пачка тампонов, лежащая на том, что она хотела от него скрыть, всегда отлично его отпугивала, – она достает обитую свинцом коробку. На ней нет защелки: она запечатана воском.