Книга Сезонные страхи, страница 69 – Шеннон Макгвайр

Но Рид не допускал и мысли о том, что кто-то другой может контролировать какой-либо аспект вселенной. Он собирался дать своей Доктрине повзрослеть (Роланд подозревает, что так и вышло и кто-то из кукушат Рида вернулся к родителю, чтобы воздать ему сторицей, отчего тот и погиб) и захватить бразды правления всем сущим: тогда остальные воплощения были бы уже не важны.

А Роланд верит, что где-то на свете в человеческом облике живет луна, ходит на человеческих ногах, смотрит человеческими глазами, и поскольку луна всегда будет сиять в ночных небесах, то даже после пробуждения и восхождения Доктрины другие проявленные силы остаются, будут оставаться и должны оставаться очень важными.

Так что Роланд всегда подозревал в Гарри склонность к сезону, но не ожидал, что мальчишка заявит о своих намерениях так зрелищно. На видео они оба упали в один миг, и сколько бы он ни перематывал туда-сюда запись, Гарри делал первый вдох одновременно с Мелани. Да, он точно привязан к сезону. И станет партнером Мелани в предстоящем состязании.

Если только Роланд не сумеет их разыскать, избавиться от мальчишки и познакомить Мелани с сестрой, которая и должна была стать ее второй половиной. Он бы уже давно их познакомил, если бы Авен не спала, если бы хоть что-то предвещало близящуюся коронацию. Но все происходит слишком быстро, Роланд против, он этого не просил, он на такое не соглашался…

Роланд Косгроув останавливается возле собственного дома и хмурится, заметив освещенные окна гостиной. Он точно выключил свет перед уходом, определенно, и, хотя в нынешнюю ночь богов и чудовищ это не самый большой повод для волнений, меньше всего Роланду сейчас нужен грабитель. Его уже грабили, когда оголодавшим местным отчаянно требовались горячая еда, деньги на наркотики или сами наркотики, которые, как они думали, он хранит дома из-за Мелани. Кое-кто из предприимчивых храбрецов даже пережил свой поход, хотя никто больше по собственной воле и близко к Роланду не подходил. На одного такого неудачливого вора Косгроув несколько лет назад наткнулся в супермаркете, и тот в буквальном смысле штаны обмочил от страха, а потом сбежал через заднюю дверь, бросив и покупки, и новую жену. В газетах писали, что он был преступником, мелкой сошкой, и три года назад начал жизнь с чистого листа, «столкнувшись с чем-то поистине беспредельным» (что это было – даже его новая красавица-жена не могла объяснить).

Одного мимолетного взгляда, брошенного на Роланда, хватило, чтобы разрушить хрупкое равновесие и снова зашвырнуть его в объятия старых демонов. Всего через три месяца тело этого человека обнаружили в местном мотеле, в вене торчала игла, на осунувшемся лице застыла улыбка. Читая ту статью, Роланд тоже улыбался, и сердце его пело. Достойная кара для того, кто без разрешения вторгся в его дом.

Вот только сейчас, кажется, кто-то именно это и сделал. Неизвестный нахал заплатит за свою наглость. Если только это не Мелани, маленькая покалеченная пташка, которая испугалась свободы и решила вернуться в клетку. Да. Остается только надеяться, что это Мелани возвратилась туда, где ей и место.

Роланд Косгроув останавливается на дорожке перед домом, в груди клубятся гнев и надежда, туманят разум. Еще год назад он наверняка вел бы себя куда осторожнее, ведь тогда была жива Ли Барроу, худший из экспериментов, страшное создание, сшитое из обрубков дюжины женщин: некоторые из них сами были алхимиками, и все себе на беду слишком хорошо соображали. Создателя Ли можно было бы смело назвать серийным маньяком, если бы он не старался ради науки. Роланд все равно считает его таковым, хотя и полагает, что гораздо худшей карой будет, если его запомнят не за его деяния, а как создателя Ли Барроу, Североамериканского мясника. В такие вот мгновения, с таким вот выбором, чудовища исчезают и перековываются во что-то более удобоваримое.