Книга Сезонные страхи, страница 64 – Шеннон Макгвайр

Все происходит на самом деле.

— У меня тоже трещала, – соглашается Джек. – Призывают всех претендентов на определенной территории, но обычно они прибывают парами, потому что естественным образом при встрече притягиваются друг к дружке. Это не какие-нибудь там родственные души и прочая романтическая чепуха. Скорее «вместе мы можем сложиться в колесо, так давай прокатимся», а потом они входят во вкус и уже не могут остановиться. Поэтому являются на испытания вместе, и иногда (нечасто, но бывает) побеждают оба участника в паре. Случается и так, что один терпит поражение, а второй сцепляется с кем-то другим, у кого еще нет партнера, и дальше идет уже с ним. В конце концов двое оставшихся получают короны, и эти короны остаются у них, пока они либо не умрут, либо не откажутся от них.

— Ты сказала, что тот мертвый парень, Уильям Моррис, был коронован триста лет назад, – говорит Гарри. – Расскажи-ка подробнее.

— Уильям Монро. Речь же не про актерское агентство. После коронации король или королева каждый год умирают на три месяца. В смысле, совсем-совсем умирают, ложатся в хрустальный гроб или там в сосновый, как им удобнее. И если кто-то в это время уничтожит тело спящего, то сможет предъявить права на корону; хотя очень сомневаюсь, что найдутся желающие, поскольку получить зимнюю корону в середине июля – это верный и весьма извращенный способ совершить самоубийство. Но в остальные девять месяцев они здоровы, работоспособны и вообще не умирают, никогда. Старику Уильяму очень нравилось быть живой Зимой, нравилась власть, нравилось всем заправлять. Но не нравилось быть мертвым.

— А кому бы понравилось? – спрашивает Гарри.

— Ну, в основном короли и королевы нормально это переносят, пусть три месяца лежать мертвым и отстой, зато в остальные девять есть чем заняться, – объясняет Джек. – Ты здоров, успешен, обычно богат, поскольку мир в буквальном смысле удовлетворяет все твои потребности – неплохая работенка, особенно с тех пор, как люди перестали приносить в жертву ожившие времена года, чтобы улучшить урожай. В основном сезонные монархи на своих континентах царствуют не меньше сотни лет, а потом отказываются от божественного статуса, и начинается коронация.

— Так что же случилось у нас? – спрашивает Мелани.

— Уильяму так не нравилось умирать, что он заключил сделку с алхимиками, чтобы этого избежать. И они нашли решение, воспользовавшись тем, что на свете одновременно существует несколько корон: Уильям постоянно перемещался. И раз он всегда оказывался там, где лета нет, его личная зима не заканчивалась, – Джек передергивается. – Это был единственный недостаток моей службы. Приходилось работать на эту свинью. Поскольку на каждом континенте короны тесно связаны, а Уильям не умирал в начале лета, то и Летняя королева Северной Америки не пробуждалась. Возвращалась к жизни, но не полностью, даже глаз не могла открыть. И почти все три сотни лет их царствования он держал ее в таком состоянии.

— Настоящая свинья, – соглашается Гарри. – И здесь замешан тот самый Рид.

— Да. Асфодель Бейкер была одержима идеей воплотить природные силы. Думала, раз существуют живые сезоны, значит, можно при правильных условиях воплотить в человеческой форме что угодно, а если сможешь контролировать эту человеческую форму – получишь контроль и над той природной силой, которую она воплощает. Бейкер не смогла заполучить себе сезоны, поскольку нас так много…