Книга Сезонные страхи, страница 221 – Шеннон Макгвайр

На затылок обрушивается удар, и Гарри падает на землю, выдернув руку из ладони Мел. Он слышит ее полный страха и негодования крик, а потом уже не слышит ничего, вокруг смыкается темнота.

Мелани хватает человека, который только что ударил Гарри, оттаскивает, пока он не успел… навредить… лежащему на земле.

— Руки прочь от него! – рычит она. А потом замирает, глядя на девушку, которую схватила.

На Мел смотрит она сама.

ПО КАЛЕНДАРЮ:

28 февраля 2017 года, месяц до весны, новолуние между червивой луной и луной молодой травы.

Девушка выглядит точь-в-точь как Мелани, только волосы другие – чудовищно белые, словно свежевыпавший снег. Мел успевает подумать, что это ей логичнее иметь белые волосы, поскольку она связана с Зимой, но тут девушка (ее сестра, наверняка это ее сестра, как иначе все объяснить) бросает на землю нож, хватает Мел за плечи и ударяет ее головой в лоб с такой силой, что перед глазами вспыхивают звезды. Потом почти сразу отбегает, пританцовывая, разворачивается и наотмашь бьет ногой прямо в корпус.

Мел успевает отпрянуть. Девушка снова замахивается ногой, но Мелани хватает ее за ступню и дергает, подтягивая к себе.

— Привет, – говорит она едва ли не веселым тоном. – Полагаю, нас друг другу не представили. Я твоя сестра. Меня зовут Мелани. А тебя?

— Авен, – рычит беловолосая и снова бросается на Мелани, скрючив пальцы, готовая хватать и рвать.

Она двигается как настоящая хищница, изящно и плавно, ее не терзают сомнения, непременно возникшие бы у любого, кто вырос в обычном обществе; ее никогда не учили, что нельзя кусаться, пинаться, царапаться. Она бьется насмерть.

Мелани с легкостью уклоняется, и, когда Авен по инерции проносится мимо, ударяет ей коленом в поясницу.

— Понимаешь, какое дело, – говорит она (на лбу наливается огромный лиловый синяк, яркий на фоне бледной кожи). – Я чирлидер. Знаешь, что это такое?

Повернувшись, Авен озадаченно смотрит на нее.

— Нет, – отвечает она наконец. – Не понимаю, какое это имеет значение.

Мелани наступает на брошенный нож, впечатывая лезвие в землю, и безмятежно улыбается девочке, которая должна была стать ее лучшей подругой, а не искореженным, искаженным отражением из кривого зеркала. Позже Мел еще это аукнется: и сейчас понятно, что она не отделается просто чудовищной головной болью, которая уже гнездится под черепом, ее ждет еще и приступ истерической паники, ведь она встретилась с невозможным и наконец-то поверила, что все те несуразные истории – правда.

Ее отец действительно был доктором Моро. Ее мать, почитаемый образ из детства, никогда не любила ее, ждала ее появления не как мать ждет появления ребенка, а как ученый ждет удачного окончания эксперимента. Мелани породила не любовь. Ее породили долг и гордыня, а сестра, которую она всю жизнь считала мертвой, не умерла, а превратилась в эту полудикую девочку: она начинает знакомство с удара, у нее на свитере непонятное пятно – может, кетчуп, может, малиновое варенье, а может, и что похуже. От этой девочки фонит Летом почти так же сильно, как от Гарри, кожа у нее горячая – Мелани будто коснулась недавно выключенной плиты. Не так горячо, чтобы обжечься. Но у обычных людей такой горячей кожи не бывает.

— Это имеет значение потому, что невозможно стать чирлидером и не научиться при этом падать, – тихо говорит Мел. – Ванна со льдом и арника – наши верные друзья.