Книга Книжный магазинчик на острове, страница 26 – Джули Питерс

Эбба считала эту книгу лучшим утешением для тех, кто уходит, – куда лучше, чем, скажем, «Сто лет одиночества» Габриэля Гарсиа Маркеса. И пока никто не жаловался на ее выбор, хотя она порой и не знала, успевали ли те, кому она дарила книгу, ее прочесть.

Оле Хансен – крепкий мужик. Несколько недель еще продержится. То, что счет идет уже не на годы, – ни для кого не секрет, хоть островной климат и полезен для его легких.

На Шпикероге живет от силы тысяча человек – маленькая община, где все не просто знают друг друга, а по-настоящему друг за друга переживают. И если бы все зависело от Эббы, эта община скоро пополнилась бы молодой журналисткой по имени Фрике.

У нее это в крови.

Больше Эббе ничего не нужно было говорить. Виллем сразу понял, о чем речь.

У нее это в крови.

Эбба редко говорила прямо, что она имеет в виду под «это», но если бы пришлось – сказала бы: дар. Можно назвать иначе: подарок, наказание, бремя – все отчасти верно. Но прежде всего – дар.

В темноте она оторвала от рулона лист упаковочной бумаги. За эти годы упаковывать подарки стало для нее настолько привычным занятием, что она могла заниматься им вслепую. Двухцветную бумагу – красную и синюю – она сложила наискось с одной стороны, завернула книгу и положила ее так, чтобы сверху оказался красный клин на синем фоне. Загнула бумагу сверху и снизу – по два движения с каждой стороны, – закрепила скотчем, готово. Напоследок свернула кусочек скотча в колечко клейкой стороной наружу и прилепила на подарок шоколадную плитку. Такие плитки они раз в год заказывали на шоколадной фабрике – в обертке с рисунком их маленького книжного магазина. Стоило это целое состояние, но тут Эбба была непреклонна. Читателям нужно что-то давать взамен. Не только книги, но и пищу для души. Виллем больше не спорил. Поначалу еще пытался, но потом понял: книжное дело у нее получается куда лучше, чем у него. Магазин он унаследовал – без всякой охоты, потому что никогда и представить себе не мог, что проведет жизнь за прилавком книжной лавки. Он бы с радостью ее продал, но ни родители, ни Эбба этого не хотели. Стоило ей переступить порог этого магазинчика – и она сразу поняла: ее место здесь, ей не нужны большие города или вечные скитания по свету. А Виллем? Он прислушался к своему сердцу – а оно билось в унисон с ее сердцем. К тому же магазин стал их общим делом, самой основой их жизни на острове. На Шпикероге не так уж много способов заработать на жизнь, а к туризму у него душа не лежала.

Эбба хорошо помнила тот момент, когда ее впервые – словно молнией – пронзила мысль: возможно, она умеет что-то, чего не умеют другие книголюбы. Что делают книжные черви? Советуют друг другу книги – чаще всего свои любимые. Но Эбба советовала людям и то, что ей самой совсем не понравилось, – потому что чувствовала: другому книга может полюбиться больше, чем ей. И вскоре покупатель возвращался и говорил, что книга оказалась именно тем, что нужно, – нет ли у нее еще таких рекомендаций? Так все и началось – в ее первое лето в островном книжном, больше тридцати лет назад.

Был один случай, который она запомнила особенно хорошо. Мария – сейчас она жена бургомистра, а тогда была еще его невестой – попросила что-нибудь ей посоветовать. Эбба, недолго думая, вручила ей «Страдания юного Вертера» Гете. На следующий день Мария вернулась – вся заплаканная, но с улыбкой на лице – и рассказала: эту книгу она прочла как раз вовремя, ведь полгода назад нашли мертвым ее брата, которого она всегда очень любила, но до конца не понимала.