Книга К тебе на полной скорости, страница 5 – Анна Шибитова

Спустя тринадцать лет я вернулся в Москву. Планировал подписать контракт с компанией «МотоЭра», чтобы закрепиться в городе, где провёл свои пятнадцать лет юности. Даже переехав в Европу, я всегда ощущал незримую связь с Россией. Возможно, дело в русских корнях моей бабушки, Натальи, ведь именно она научила нас с Аленом, моим младшим братом, говорить по-русски. Бабушка, как и родители живёт во Франции. Мама, София, — талантливая художница и владелица галереи в центре Парижа, где выставлены её картины и других художников. Отец, Густав, — инженер-механик. Из-за его работы мы и прожили в России много лет. Отец также привил мне и брату любовь к мотоциклам. Он обожает копаться в своём старом байке, разбирать, перебирать и заново собирать. Сидя в жёлтом такси, я погрузился в воспоминания. Всё выглядело одновременно знакомым и чужим. Те же широкие проспекты, тяжёлые фасады зданий, люди на остановках — как всегда, молчаливые и серьёзные. Но город в памяти — совсем иной, сохранивший моменты: запахи, свет в конкретном окне, двор, где тебе пятнадцать, и веришь, что мир однажды сдастся перед твоим упрямством. Водитель невнятно пробубнил про пробки, про ремонт на мосту, про то, что центр в это время всегда стоит. Я кивал, не вслушиваясь. Он несколько раз поглядывал на меня в зеркало заднего вида. Такие взгляды, когда человек вроде бы тебя узнал, но не уверен, стоит ли об этом говорить. В мире мотоспорта ты можешь быть очень известным среди гонщиков и болельщиков. Но для обычных людей ты человек со знакомым лицом, и они думают: «Кажется, он спортсмен». Меня это устраивало, ведь никогда не чувствовал себя суперзвездой. Нравилось, что слава приходила только во время работы. Это единственный вид внимания, от которого не хотелось сбежать. Но проблема в том, что бизнес всегда требовал большего. Когда машина подъехала к пятизвёздочному отелю, небо над Москвой стало низким и серым, как будто залитым бетоном. Я вышел на тротуар и оглядел высокое здание, стеклянные двери и развивающие ветром флаги. У входа стоял швейцар в сером костюме. Водитель достал из багажника мой чёрный чемодан на колёсиках. Поблагодарив его, я обхватил ручку сумки и направился к строению. В просторном холле с мраморным полом, отражающим свет хрустальной люстры под потолком, ждал мой менеджер — Марек Палмер. Он прилетел раньше на несколько дней, чтобы уладить последние вопросы перед контрольными встречами. Марек, высокий, смуглый, сорокалетний мужчина в сером пальто, стоял возле стойки регистрации, задумчиво стуча пальцами по планшету. Он заметил меня и коротко кивнул. — Ты опоздал на семь минут, — отчеканил Марек на русском с британским акцентом вместо приветствия. — Самолёт прилетел вовремя, — ответил я. — А ты нет. — Значит, виновата география. Марек опустил планшет. — Нолан, встреча через сорок минут. — Я в курсе. — Влад не любит ждать. — Я тоже. Марек окинул меня взглядом, в котором читалось: «Ты приносишь мне большие деньги, но как же ты меня раздражаешь!» — Нолан, постарайся сегодня не перегибать палку, — попросил он. — Это одна из самых идиотских просьб, которые ты когда-либо формулировал. — И тем не менее я произношу её не впервые.

Я взял ключ-карту у приветливой девушки-портье и поднялся в номер на шестнадцатом этаже. За каких-то десять минут переоделся, умылся холодной водой и сменил дорожную рубашку на тёмно-синюю, без логотипов. В зеркале над раковиной на меня смотрел тридцатитрёхлетний мужчина с серо-зелёными глазами, с почти чёрными волосами и намёком щетины — тот самый, кого в спортивной прессе обычно называли собранным, дисциплинированным и психологически непроницаемым. Журналисты любили умные слова, но на самом деле они не знали людей, о которых писали. Они видели только их образ на экране, поступки, удобные истории и то, как эти легенды вписывались в рекламу. То, что обо мне писали, иногда даже было правдой. *** Офис компании «МотоЭра» занимал два верхних этажа небоскрёба в деловом квартале — много стекла, пространства, с тщательно продуманным дизайном. На стенах висели фотографии гонщиков с награждений, плакаты с лозунгами, под которыми разместились горшки с высокими комнатными растениями. Секретарша в строгой светлой юбке-карандаш и атласной блузке провела нас с Мареком в переговорную с панорамными окнами. На длинном столе графитового цвета стояли вода, кофе, планшеты, папки с материалами и небольшое кашпо с декоративными цветами. Я сел, положил руку на стол и мысленно отметил расстояние до стеклянной двери. Полезная привычка, хотя в деловых переговорах от неё мало толку, скорее для успокоения. Влад Орлов появился через минуту. Я видел его на фото и в интервью, и в жизни он произвёл именно то впечатление, которое ожидаешь от руководителя бренда, продающего скорость в дорогой упаковке. Мужчина лет пятидесяти, в дорогом костюме и с часами на руке, с обаятельной, но тщательно продуманной улыбкой. Я поднялся, и мы пожали друг другу руки. — Нолан Буше, рад наконец познакомиться лично. — Взаимно, — кивнул я. — Ваш русский великолепен, акцента почти не слышно. — Спасибо. — Признаюсь, давно хотел увидеть, соответствует ли легенда реальности. — И каков вердикт? Влад усмехнулся. — Пока рано выносить. Мы сели за стол. Справа от него устроился Андрей — маркетолог, слишком бодрый для утра, с безупречной лакированной укладкой светлых волос, в белой рубашке и чёрных брюках. Слева — брюнетка в очках с чёрной оправой из PR-отдела, в красном, обтягивающем стройную фигуру платье и с таким видом, будто уже предвидела все наши ошибки. На бейджике, закреплённом на груди, имя — Эллина. Первая часть встречи шла ожидаемо: цифры, стратегия, спортивные и технические планы на грядущий сезон, доступ к разработкам, инженерная база, тестовые программы. Я чувствовал себя комфортно, ведь отлично понимал, что такое скорость, риски, ресурсы и как важна стабильность. Влад задавал точные вопросы, я отвечал так же. Несколько раз он кивнул с интересом, когда разговор уходил в детали настройки и пилотирования. — Нолан, — заговорил Влад, переплетая пальцы, — давайте откровенно. Со спортивной точки зрения вы для нас очень сильный актив. Возможно, лучший из доступных. Ваше имя, результаты, международный опыт, дисциплина — всё это, безусловно, работает на ценность бренда. Я молча смотрел на него.