Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 107 – Софья Мирич

​На мгновение в зале повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь прерывистым, сиплым дыханием Лики. Но иллюзия победы растаяла слишком быстро.

​Ректор, несмотря на выгоревшие каналы, долгие годы оставался опытным боевым магом высшего ранга. Его рефлексы и тело помнили сотни жестоких столкновений на границе, а дорогая профессорская мантия была буквально усыпана скрытыми защитными амулетами. Ткань на его груди ещё дымилась, когда он, грязно выругавшись и оскалившись точно раненый зверь, пружинисто вскочил на ноги. Лика не успела даже сделать вдох, как он перехватил инициативу.

​— Ах ты мелкая тварь! Не пила снадобье?! — взревел он, и его лицо исказилось от такой бешеной, первобытной ярости, что в нём не осталось ничего человеческого. — Избавилась от блокиратора?! Всё равно тебе не уйти! Ты слаба, девчонка, ты ничто без своего лорда!

​Завязалась отчаянная, страшная борьба на выживание. Ректор наступал без жалости и пауз, заставляя Лику пятиться. Не имея собственной магии, он с пугающей скоростью активировал один боевой артефакт за другим из своих бездонных запасов. Воздух вокруг зазвенел, наполняясь удушливым запахом озона и жженых волос. В Лику полетели зазубренные лезвия из чистого пламени, взрывающие каменные плиты пола под её босыми ногами.

​Лика защищалась из последних сил, которые только могло выдать её измученное тело. Она судорожно выставляла полусферические лазурные щиты, сотканые из энергии кулона-накопителя Альдо. Снаряды ректора с оглушительным треском разбивались об эту защиту, осыпая пещеру искрами. Осколки магии больно жалили обнажённую кожу, но Лика не обращала внимания на эту боль. Память услужливо подбрасывала суровые уроки Альдо, его чёткий, спокойный голос на тренировках: «Не стой на месте, Лика! Пользуйся окружением, заставляй врага ошибаться!»

​Превозмогая слабость в коленях, она уклонилась от очередного огненного сгустка и вскинула руки вверх. Мягкая магия защиты вмиг стала плотным подобием боевой и ударила в потолок зала: Лика заставила каменное крошево и обломки плит оторваться от земли и плотным, свистящим роем обрушиться на ректора. Следом она метнула несколько хлёстких боевых заклинаний — закрученные спирали энергии, которые должны были сбить врага с ног.

​Ректор выставил перед собой старинный щит-кольцо, который поглотил её атаку, но ударная волна всё же заставила старого мага пошатнуться и тяжело, хрипло закашляться. Лика видела, что её отчаянный отпор изматывает его, что он тоже тратит физические силы, управляя сложнейшими артефактами.

​Но разница в боевом опыте и физической подготовке была слишком колоссальной. У Лики не было времени на передышку. Её мертвенно-белый ритуальный саван уже превратился в испачканное копотью рубище, подол был порван в клочья, а голые ступни оказались жестоко изрезаны об острые осколки камней. Каждый шаг назад оставлял на полу смазанные багровые следы.

​Внутренний резерв, подпитанный кулоном, стремительно таял, выгорая дотла. Желудок сводило отчаянной, удушающей болью от многодневного голода, в глазах то и дело полыхали тёмные зловещие круги, а воздух, казалось, превратился в жидкое стекло, которое с трудом удавалось втягивать в горящие лёгкие. Безысходность накатывала с каждым новым ударом ректора, с каждым тяжёлым шагом его кованых сапог. Он наступал непреклонно, шаг за шагом, выдавливая её из центра зала.