Книга Да гори оно всё..., страница 90 – Маргарита Климова

— Я не могу взойти на трон вперёд отца, — сразу уточняю, чтобы потом не возникло неудобной ситуации. — У нас строгая иерархия наследования.

— Нечто говорило именно о тебе, — слегка отстраняется от меня Женя, заглядывая в глаза. — Уверена, твой отец найдёт способ уступить сыну место. Можно же официально отречься в пользу…

— Об этом предлагаю подумать позже, а сейчас нам не стоит здесь задерживаться, — прерывает нас Ксарк, перехватывая Эву за руку и подталкивая к экипажу. — Лучше сразу свернуть в сторону Пустоши и уйти из-под влияния Нирана.

Так мы и поступаем. К рассвету пересекаем границу Теодории и три дня тащимся под палящим солнцем по пескам, пересадив девушек на лошадей. Правда, Эву Ксарк не отдал Седу, а разместил перед собой, и всю дорогу они спорят и приходят к компромиссу. А как не прийти к нему, когда стройная спина прижимается к крепкой, мужской груди.

— Надеюсь, Эвка выторговала себе условия пожирнее, — довольно улыбается Женя, прильнув щекой к плечу и, периодически, елозя щекотно носиком по моей шеи. — С этого напыщенного индюка драть надо по максимуму.

— Ты слишком сурова к нему, Жеееня, — поворачиваю голову и целую её в макушку, вдыхая жар солнца и огня. — Суровые условия, вымирание страны и подданных, отношение к женщинам как к боевым единицам. Власть и так не красит…

— Только не говори, что на троне тебя тоже раздует, и ты станешь таким же говнюком, не умеющим общаться с дамами. Разведусь сразу, — вроде упрекает меня, но в тоже время урчит ласково.

— Ксарк вырос без матери, а отец у него обладал несносным характером и чрезмерной жестокостью, — рукой прижимаю к себе невесту крепче. — Деревни сжигал за дурное слово. Слава Варгу, забрал его к себе.

— Кошмар какой, — отстраняется Женя и оглядывается на ругающуюся парочку. — А если он Эвку…

— Нет, — возвращаю её под бок обратно. — Ксарк гордый, высокомерный, властный, но не урод, как Сарамат старший. Тем более, Эва ему нравится. Глянь как он на неё смотрит.

— Как самка богомола, — издаёт смешок Женя. — Вот-вот голову откусит.

— Кто такая самка богомола? — пополняю знания чужемирными словечками. За эти дни я узнал много нового, необычного и интересного.

— Насекомое, сжирающее самца в процессе спаривания, — пожимает плечиками она. — Самке нужен белок и другие питательные вещества для большей кладки.

— Несправедливо, — отпускаю поводья и потираю ладонью затылок. — Не хотел бы я быть самцом богомола.

— Думай об этом, сев на трон, — хихикает Женя. — А то мне придётся превратиться в богомолиху.

— Не придётся, — заверяю её. — Я буду любить тебя всю жизнь.

— Холить, лелеять и носить на руках все мои сто двадцать килограмм, — добавляет она, потираясь щекой о грудь.

Луделия сильно отличается от Теодории и Пустоши. Как только мы пересекаем горный хребет, температура мгновенно понижается, как будто мы просочились сквозь тепловой заслон и оказались в кондиционированном пространстве. И такой резкий перепад навевает мысли о магическом вмешательстве.

— В твоей стране круглый год так холодно? — интересуюсь, кутаясь в тёплый плед. Никогда не мечтала жить в арктическом климате. Наоборот, всегда тянуло к тропикам.

Сед ухмыляется в бороду и лишь запахивает свой сюртук. С пустынниками мы простились на границе, пообещав прислать весточку по прибытию в отчий дом. Ксарк заверил, что вооружённый отряд придёт на помощь в течение суток, и поспешил скорее нестись жениться на Эве.