Книга Красота во тьме, страница 45 – Николь Роуз

Поскольку у них больше нет наследников, у них нет выбора, в отличие от нас. Мы просто можем уйти. Я готов это сделать. Талия уже это сделала. Этого напоминания было достаточно, чтобы они сделали все по моему. Они подготовили новый контракт и после того, как я одобрил его, то покинул замок.

После этого я заскочил к Самсону, чтобы сообщить ему об этом, но, конечно, его не было дома — несомненно, он опять пытался затащить к себе какую-то женщину, с которой познакомился на этой неделе. Я оставил ему записку, в которой просил прекратить поиски. Теперь я знаю, что скрывала моя принцесса.

Как только я добьюсь своего, я намерен рассказать ей все. Она не сможет заснуть еще одну ночь из-за волнения, которые будоражат ее разум. Когда завтра взойдет солнце, она, без тени сомнения, поймет, что она моя навсегда, и ничто никогда не отнимет ее у меня.

Я проскальзываю в домик и закрываю за собой дверь достаточно громко, чтобы она это услышала. Я сбрасываю ботинки, мой член уже твердый и пульсирует в предвкушении.

В домике темно, только в камине горит огонь. Пол блестит там, где она его терла. В воздухе витает запах чистящего средства.

Я иду по коридору, даже не пытаясь вести себя тихо. Если она не спит, хочу, чтобы она знала о моем приближении. Я хочу, чтобы ее охватило предвкушение, а в ее голове проносились мысли о том, что я намерен сделать с ней этим вечером. Надеюсь, она беспокойно ерзает на кровати, с трудом удерживаясь от того, чтобы не прикоснуться к своей прелестной маленькой киски.

И если она еще не проснулась, что ж, рано или поздно она сделает это.

Я хмурюсь, поджимая губы, когда вижу, что дверь спальни открыта. Она всегда закрывает ее, чтобы услышать, как я приближаюсь, независимо от того, как громко или тихо я двигаюсь. Я захожу в комнату и вижу простыню на полу.

— Что за хрень?

Я всматриваюсь в тени, думая, что, возможно, она пытается спрятаться от меня, что она играет в какую-то новую игру.

Мой взгляд падает на маленькую дырочку над кроватью, и кровь застывает у меня в жилах. Моя рука нажимает на выключатель. Паника разливается по моим венам, как бушующий огонь.

«Нет».

Я несусь через комнату, сердце бешено колотится в груди при каждом шаге. Это дырка от пули. Гребаная дырка от пули.

Я выкрикиваю ее имя, в бешенстве разрывая постель в поисках хоть каких-нибудь следов крови. Но их нет.

— Талия!

У меня дрожат руки, когда я поднимаю простыню с пола, лихорадочно осматривая ее в поисках следов крови.

Я, блядь, рыдаю, когда ничего не нахожу.

Где она?

Где она, черт возьми?

— Талия!

Я выбегаю из комнаты, как раненый медведь, крича ей что есть мочи.

— Талия!

Никто не отвечает.

— Проклятие, ангел! Ответь мне!

По-прежнему ничего.

Ужас скребет меня изнутри, быстро превращаясь в яростный гнев. Маятник тут же качается в обратном направлении, гнев быстро сменяется гневом.

Я рывком открываю входную дверь и, спотыкаясь, выхожу на крыльцо.

— Талия! — мой голос отражается от деревьев искаженным эхом. — Ответь мне, ангел. Пожалуйста!

Секунды тянутся, и каждая кажется вечностью. Тишина ошеломляет. Никто не отвечает на крик, в подлеске не шныряют животные. Даже ветра нет. Словно весь этот гребаный лес погрузился в тишину.

Ее здесь нет.

Или, что еще хуже, она где-то там, ранена и не в состоянии ответить мне.