Книга Дайв, страница 33 – Александр Науменко

Аня тяжело пошевелилась во сне, издав тихий, полный боли стон. Я медленно подошёл к окну, прислонился горячим лбом к прохладному стеклу и закрыл глаза, но вместо спасительной темноты увидел лишь десятки холодных прямоугольных зрачков, пристально следящих за мной из ледяной глубины.

Мурены

Яхту слегка покачивало на полуденной волне. Белый корпус, тиковый настил палубы, хромированные поручни, всё сверкало так, что приходилось щуриться. Сорокавосьмифутовый «Адмирал» стояла в миле от берега, развернувшись носом к горизонту, и со стороны всё это казалась картинкой из какого-нибудь рекламного буклета.

Эвелина Борисовна постучала ногтем по бокалу с минеральной водой. Ей перевалило уже за пятьдесят. Она носила льняной брючный костюм и очки в золотой оправе, совершенно неуместные на палубе прогулочной яхты в июльский полдень. Женщина никогда не загорала, принципиально. Ухоженная бледность казалась ей аристократичнее любого средиземноморского загара.

В агентстве её звали Борзой. Шёпотом, за закрытыми дверями, в курилке, в туалете, на лестнице. Никто не знал, кто первым пустил это прозвище. Оно просто прижилось.

Агентство называлось «Силуэт Элит». Офис располагался на Патриарших, в переоборудованном особняке с высокими окнами и чугунной лестницей, по которой девочки цокали каблуками каждый будний день. На первом этаже висела огромная чёрно-белая фотография основательницы, некоей Риммы Аркадьевны, которая умерла в девяносто восьмом и с тех пор взирала на входящих с выражением холодного неудовольствия. Эвелина Борисовна пришла в «Силуэт Элит» семь лет назад, когда агентство переживало не лучшие времена. Контракты уходили к конкурентам, девочки разбегались в «Авант» и «Премьер Моделз», а инвесторы начинали нервничать. Она навела порядок за полгода. Жёстко, без сантиментов, вычистив половину картотеки и набрав новых лиц. «Силуэт Элит» снова стал именем. Не первым в списке, но и не последним. Достаточно громким, чтобы клиенты вроде Сабурова платили за эксклюзивные съёмки, и достаточно жёстким, чтобы девочки знали своё место.

Все пять моделей прилетели из Москвы три дня назад рейсом до Симферополя. Оттуда их перевезли в Симеиз на двух чёрных минивэнах с тонированными стёклами, в которых кондиционер работал так, что Кира закуталась в полотенце и всё равно стучала зубами. Разместили красавиц в гостевом доме на склоне горы, с видом на море и запахом лаванды, который Яна назвала «парфюмерной диверсией». Два дня ушли на подготовку. Примерки, обсуждение раскладки, пробные кадры на берегу, которые Павел потом показывал начальнице на ноутбуке, а та морщилась и говорила «ещё раз» столько раз, что Павел начинал курить одну за одной.

— Кошечки, внимание, — проговорила Эвелина Борисовна, и пять голов одновременно повернулись в её сторону. — Господин Сабуров любезно предоставил яхту на четыре часа. Четыре. За это время мы должны отснять четыре комплекта пляжной коллекции, два общих плана для обложки и один короткий видеоролик для сторис. Вопросы?

Вопросов не было. Девушки переглянулись. Они знали, что Эвелина Борисовна не ждала вопросов. Она ждала выполнения.

Маша поёрзала на шезлонге, поправляя лямку бирюзового бикини. Та предательски врезалась в плечо, так как модель прислали на размер меньше, чем нужно, но девушка не стала жаловаться.