Книга Я ухожу, страница 125 – Дмитрий Билик

— Да, я понял, Настя, понял, – оборвал ее на полуслове зэк. – Давайте я вам завтра позвоню и подумаю, когда смогу. Раз в тир обещал, то свожу. Я от своих слов не отказываюсь. Сегодня не могу, у сына день рождения.

— Спасибо, Федор Евгеньевич, буду ждать звонка. До свиданья.

Даже этот короткий диалог не растопил сурового сердца Людмилы. Кто может оказать влияние на трудных подростков? Только зэк. Поботал им там по фене, поведал о житье-бытье на зоне, вот они уважением и прониклись. Сюда немного не увязывался тир, да еще голос инспекторши, захлебывающийся от восторга. Впрочем, Люда отбросила подобные мелочи, как несущественные. В тир он мог их повести для отвода глаз, а инспекторша просто за мужика зацепилась. Поди, синий чулок какой-нибудь, раз на такой работе лямку тянет. Вот ей и плевать, что за человек.

Автобус с привычным уже скрипом остановился перед светофором. Возможно даже слишком резковато, чем стоило. Другому водителю Люда бы высказала, а своему мужу простила. Несмотря на крутой нрав была она женщина мудрая. К тому же знала, что колодки новые. А скрипят потому, что неоригинальные. Их начальник, сволочь редкостная, на всем экономил. Теперь нужно ждать, когда эти колодки притрутся.

Все это кондуктор знала от мужа. У них в семье друг от друга секретов не было. Что забавнее всего, уж сколь они разные по характеру и темпераменту, а сколько лет душа в душу живут. Только один раз видела Люда супруга вне себя. И сейчас, вспомнив об этом, вновь содрогнулась. Ну ладно, то давно дела минувших дней. Было и было.

ЛиАЗ тронулся, однако проехал совсем немного. Кондуктор лишь услышала сильную брань супруга, чему немало удивилась. Ругался Костя редко, причем в самых особых случаях. Потому Люда выглянула в окно, увидев несущуюся на них фуру одной из продуктовых сетей с красной буквой на боку.

И тогда Люда тоже испугалась. За рулем она сроду не ездила, поэтому и пониманием о дистанции или ее отсутствии перед грядущей аварией не обладала. Но сейчас и кондуктор поняла – столкновения не избежать. Потому что водитель многотонного грузовика даже не пытался затормозить. Будто бы и вовсе специально летел именно в них.

На мгновение кондуктору показалось, что время словно замедлилось. Как в долгом тягучем сне она перевела взгляд с дороги на салон автобуса. О неизбежности аварии поняли уже все пассажиры. Пацан испуганно выставил руку перед собой, приложив ладонь к стеклу, словно это могло чем-то помочь. А другой схватился за поручень и чуть привстал. Будто пытался поднять на невидимых крыльях автобус. Вихрастый чудик открыл рот и выронил свою железяку из рук. Лишь зэк не выказывал страха. Он вцепился руками в поручень у изголовья сиденья перед ним и весь сжался, готовясь к удару.

А потом все закончилось. Быстро. Даже чересчур быстро. Люда видела, как в бок автобуса влетела фура, как брызнуло дождем стекло, как кресла перед ней стали сминаться и деформироваться. Несмотря на серьезный вес, Голунцову безвольно мотнуло, как тряпичную куклу, и бросило в сторону. Вообще, сказать откровенно, Людмиле повезло. Она умерла быстрее, чем смогла что-либо понять.

А если говорить о везении общечеловеческом, то все находящиеся в автобусе вытащили свой счастливый билет. И пацан с вытянутой перед собой рукой, и косматый, и человек, окрещенный зэком.