Книга Ночная радуга, страница 39 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Голос Николаса затих; мальчик словно осознал, что версия, которая звучала так убедительно в его голове, выглядела очень шаткой, когда её проговаривали вслух.

— Если бы твоя мама была жива, отец не искал бы себе новую жену, разве не так? – деликатно заметила Вика. – А он ухаживает за тётей Генриеттой.

— А мне кажется, что мама жива, – упрямо мотнул головой Николас. – И я очень хочу её найти. Пожалуйста, отведите меня в Ланубу!

Вика подумала, что, если бы оказалась в той же ситуации, что и Николас, она тоже верила бы до последнего. Может, ему всё-таки можно как-то помочь? Вика с надеждой повернулась к Маркусу – и тут же поняла, что от него не стоит ждать ни сочувствия, ни понимания. Похоже, история Николаса его совершенно не тронула. Темноход скользнул по сыну Городового равнодушным взглядом, а потом, словно забыв о его существовании, обратился к Вике:

— Если сюда идут констебли, то нам надо поторопиться. Ты готова?

Вика растерянно прикусила губу. Готова ли? Конечно нет! Как она может уйти и оставить Лукаса?

Но идти всё равно придётся…

Вика скинула рюкзак, чтобы Ванильке было удобнее в него запрыгнуть, и повернулась к Лукасу. Пора прощаться.

От мысли, что, возможно, они никогда больше не увидятся, Вике стало невыносимо грустно.

— Я вернусь, – пообещала она и шмыгнула носом. – Я обязательно вернусь!

— Я буду ждать, – ответил Лукас. – И непременно починю маяк!

— Вика! – прикрикнул темноход уже от дверей.

— Иду! – ответила девочка и подхватила рюкзак с мечтой.

На прощание Вика бросила ещё один взгляд на Лукаса. Тот улыбался, но она не сомневалась, что на душе у него так же тяжело, как и у неё.

На крыльце, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, стоял Николас, о котором она уже успела позабыть.

— Значит, вы меня не возьмёте? – жалобно протянул он.

— Прости, Николас, – выдохнула Вика, чувствуя, что больше не может врать и водить его за нос несбыточными обещаниями. – Мы с Лукасом и правда не темноходы, мы пришли сюда только потому, что нас провёл Маркус. А он людей через Тумарье не водит, сам же слышал.

— Но ведь вас он провёл!

— Провёл, – проворчал Маркус. – И до сих пор об этом жалею!

Николас переводил взгляд с темнохода на Вику, словно хотел уличить их во лжи, удостовериться, что они так сказали лишь для того, чтобы от него избавиться. А когда понял, что они говорят правду, уныло опустил голову.

Не теряя времени, Вика с Маркусом начали спускаться к берегу моря. Стена Тумарья лежала за городом, но идти к ней через весь Куидам было слишком опасно, ведь навстречу могли попасться констебли.

Вика то и дело оборачивалась, ожидая увидеть на крыльце вышедшего их провожать Лукаса. И каждый раз радовалась, что его там нет. Если бы Лукас стоял в дверях и махал ей вслед, она бы, наверное, не выдержала.

А вот понурая фигура Николаса по-прежнему была там. И Вику охватило чувство вины. Жаль, что они так с ним обошлись и что ничем не могут помочь.

«Вот вернусь домой, поговорю с мамой, и вместе мы обязательно что-нибудь придумаем. Придём с ней сюда, поможем майстеру Нилсу найти свою семью, а Николасу – отыскать маму. И конечно, отведём Лукаса обратно домой, в Ово. И посмотрим, можно ли соединить Восьмирье. У мамы наверняка будут какие-то идеи!»

Путь до стены Тумарья прошёл в полном молчании. Хмурое небо, готовое в любой момент разразиться дождём, и мрачное серое море только ухудшали и без того плохое настроение. Вика очень расстроилась, оттого что ей пришлось бросить в беде всех, кто ей важен и дорог: и Лукаса, и тётю Генриетту, и даже Николаса!