Книга Закон тирана, страница 31 – Дэниел Абрахам

В том самом Астерилхолде, где армиями командовал Доусон Каллиам – барон, верховный маршал, признанный герой и затем изменник. Прошло столько месяцев, а Гедер по-прежнему живо помнил искаженное яростью лицо Каллиама и кровь Басрахипа на клинке барона. Казалось несправедливым, что даже сейчас, после разгрома мятежа и казни лорда-маршала, Гедер не мог выбросить из головы ни Каллиама, ни его необъяснимое предательство.

— Лорд-регент! – окликнул его Терниган. – У вас есть мнение?

Гедер обвел взглядом собравшихся, в отчаянии понимая, что совершенно утерял нить разговора. Требовался его ответ – Гедер не знал на что и теперь будет выглядеть болваном. Он прокашлялся, чувствуя, как от стыда перехватывает горло.

— Да, конечно. Погодите-ка, – выдавил он. – Мэтр Басрахип! Не поделитесь ли мнением?

Жрец, по-прежнему не отходя от окна, поднял голову и блаженно улыбнулся.

— Мятежа не будет, вас ничто не отвлечет, – произнес он хрипловатым голосом нараспев. – Принц Гедер возвел храмы в честь богини, и слышащие ее голос останутся верными.

— При всем уважении, мэтр, – возразил Канл Даскеллин, – в Кемниполе прошлым летом тоже стоял храм, однако мятежу он не помешал.

— Теперь все будет хорошо, – пообещал Басрахип.

Даскеллин передернул плечами и отвел взгляд.

— И все же, – вступил Терниган, – мне кажется, нам не хватит войска, чтобы подчинить всю территорию. По крайней мере, в нынешнем году. Нус, разумеется, к осени будет наш, а кто сбежит южнее, те пусть просят о пощаде и мирных переговорах. В итоге мы получим надежную широкую прослойку между Антеей и теми, кто задумает снова к нам сунуться.

— Вы подчините всю территорию, – заверил его Басрахип без малейшего протеста в голосе, скорее с мягким назиданием – как учитель, указывающий на погрешность ученика. – Богиня даровала вам Астерилхолд, точно так же она вернет вам и земли, отнятые тимзинами. Лживая тимзинская раса станет отверженной и бездомной.

— Это все прекрасно, – откликнулся Терниган. – Однако я действую в жестких рамках. У меня не бесконечное количество рыцарей. И луков. И клинков. Взять на себя непосильную задачу – хуже, чем потерпеть поражение. Если мы неоправданно растянем войска – все рухнет, и тогда нас отбросят дальше, чем к нашим собственным границам.

— Этого не случится, – произнес Басрахип.

Терниган, нахмурившись, вновь устремил глаза на карту с видом не то чтобы оскорбленным – хотя, возможно, несколько уязвленным, – а скорее с видом мыслителя, пытающегося перепроверить решение задачи и подозревающего, что какой-то важный пункт ускользнул от его внимания.

— Как бы то ни было, – вмешался Гедер, – первая часть кампании ясна, да?

— Блокаду сделаем, – пообещал лорд Скестинин. – Никакие корабли без нашего досмотра не войдут в порт Нуса и не выйдут из него, никто не причалит в бухтах к западу и востоку от города.

— Хорошо, – одобрил Гедер. – А сухопутные войска?

— Десять тысяч мечников и лучников стоят лагерем во Флоре, ждут моего приказа, – доложил Терниган. – Я заручился клятвой от полудесятка баронов и графов, которые соберут людей и явятся по моему зову. Пока не отдавал распоряжений, чтобы никого не насторожить, но войско ожидается к тому времени, когда первым ударным силам понадобится смена. На этот раз мы будем тем молотом, который разбивает наковальню, вот увидите.