Книга Закон тирана, страница 140 – Дэниел Абрахам

Клару несло, слова летели без ее ведома: она даже не знала, о чем говорит и верит ли сама в сказанное.

Джорей что-то вложил ей в ладонь. Оказалось, небольшой полотняный кошель, в каких обычно выдавал ей деньги.

— Теперь доход слегка увеличится, – сказал он. – Мы с Сабигой решили, что твоя часть тоже должна вырасти.

— Нет, я не могу это принять, – выдохнула Клара, хотя пальцы сами собой сомкнулись на монетах и не хотели размыкаться. – Право же, не нужно.

— Нужно, матушка. Так и будет.

Слез было уже не остановить. Клара поцеловала Джорея в щеку и промокнула глаза рукавом.

— Ты так обо мне заботишься, – прошептала она. – Ты такой добрый.

— Я выставил тебя из дома.

— И правильно. – На миг в Кларе проснулась ее новая натура – та женщина, которая только формировалась. – Я навсегда останусь соучастницей того, что сделал твой отец. Этого не изменишь. Отдалиться от меня было верным решением, которого стоит придерживаться и сейчас. Ты все правильно сделал.

— И все же…

— Нет, милый. Никаких «и все же». То, чем занимался твой отец и чем занимаюсь я, не должно тебя касаться. Особенно сейчас. Не стыдись этого. Будь я тогда сильнее и мудрее, я бы ушла сама.

Джорей уставился на свои руки.

— Я ни на грош этому не верю, – буркнул он. – Но все равно спасибо за такие слова.

Винсен Коу ждал у входной двери, переговариваясь с рабом-привратником при свете факела, – ни дать ни взять слуга в ожидании хозяев. Клара, взглянув на него, замерла. Обращаться с Винсеном так, будто он по-прежнему лишь слуга, показалось ей чудовищным. Однако что она могла этому противопоставить? Пригласить младшего егеря, некогда служившего ее мужу, за один стол с Джореем и Викарианом так же невозможно, как вернуть Доусона к жизни. Клара попыталась вообразить Винсена в гостиной с Джореем. Или, что еще хуже, с Элисией. Непринужденная беседа с человеком, настолько низшим по статусу? У Элисии глаза вылезут из орбит, она все-таки нравом больше в Доусона, чем в Клару. Да и Винсена слишком жестоко было бы ставить в ситуацию, так очевидно подчеркивающую сословную разницу.

Сабига провожала Клару до порога, где собиралась вверить ее заботам Винсена – в конце концов, благородную даму положено сопровождать, да и сам Винсен в прежней жизни точно так же сопровождал ее тысячу раз, пока Доусон оставался дома. Завидев сейчас Клару, Винсен шагнул вперед с поклоном, словно он и впрямь лишь слуга. Кларе вдруг неистово захотелось обвить его руку вокруг своей талии. Сабига, разумеется, придет в смятение, но девочке и самой случалось переступать границы того, что позволено женщине, да и смятение – не то же, что ужас.

— Клара! – окликнула ее Сабига. – Все ли в порядке?

— Да… Да, милая. Просто задумалась на миг.

Сабига взяла ее за руки и улыбнулась, глядя в глаза. Клара тоже улыбнулась невестке – через пропасть куда более широкую, чем Разлом, и видимую лишь ей одной. Спустя мгновение-другое баронесса решительно зашагала по темным улицам Кемниполя. Винсен держался на шаг позади и чуть левее, как и надлежит вышколенному слуге, и, лишь перейдя мост, Клара пошла с ним вровень. Даже после страшных ран и долгого выздоровления рука Винсена оставалась крепкой. Клара попыталась вспомнить, когда руки Доусона были такими же – однако руки мужа, при всей их силе, такими же никогда не бывали. Винсен чуть ниже Доусона, и пропорции рук тоже отличаются. Эти два тела не спутать. Винсен – это со всей очевидностью Винсен, а Доусон давно исчез из памяти. Она оплакивала его целый год, сколько было сил – сколько их оставалось от оплакивания всего остального при редких радостях в промежутках.