Книга Закон тирана, страница 141 – Дэниел Абрахам

Пролетел целый год, и каким бы дурным он ни был, Клара сделала что могла. Дети мало-помалу находили свой путь в той жизни, которую для себя выбрали или создали.

Столица готовилась к тяжелой зиме. Что продовольствие будет скудным, аристократы знали с той же уверенностью, с какой распознавали мелодии маршей по первым нотам. Играть же музыкальные партии и выпевать мелодии тех маршей предстояло остальному населению Кемниполя. Для Джорея, Сабиги и даже Викариана жизнь будет отличаться от прежней тем, как часто будут подавать мясо к обеду – каждый день или раз в неделю. Для Абаты и Винсена, для Алии и Михала разница будет в том, как часто удастся поесть – каждый день или через день. И даже при самой тяжелой зиме весна, пока не появятся первые плоды, окажется еще мучительнее. Ожидание проявлялось в мелочах: в тембре голоса у детей-попрошаек, в усталых и обреченных позах возниц, в растущем соперничестве за кусок вчерашнего хлеба. В мелочах, о которых Клара никогда бы не узнала, если бы не одно-другое событие в жизни.

А теперь она шагала по темному городу рука об руку с этим ни на кого не похожим, нежданно появившимся в ее судьбе образчиком мужской натуры. Дойдя до дальнего края Разлома, они миновали большую желтую харчевню, во дворе которой перед десятком людей декламировала монологи труппа актеров, которую Клара уже когда-то видела.

— Вы ведь знаете, что я для вас слишком стара, – сказала Клара.

— Вы уже это говорили, миледи, – привычно ответил Винсен.

— Найдите себе женщину вашего возраста.

— Ни одна из них с вами не сравнится.

У Клары вырвался смешок.

— Могу поспорить, что в детстве вы играли с огнем.

— Миледи?..

У входа в проулок Клара остановилась, и Винсен предсказуемо замер на месте. Она положила руку ему на плечо и раньше, чем он успел опомниться, прижала его спиной к стене так, что удар отозвался в ладонях. Чтобы дотянуться до его губ, пришлось лишь немного поднять голову. Она по-прежнему прижимала его к стене, не ослабляя давления, как сжимают в книге заложенный между страницами цветок. Губами она раскрыла губы Винсена и припала к ним. В первый миг его охватила оторопь – но лишь на миг. Когда Клара наконец отступила, Винсен покачнулся.

Клара бурно дышала, сердце бешено билось. По телу разливалось тепло – странное, исступленное, знакомое как старый плащ, давно забытое и вновь обретенное. Из горла вырвался низкий расслабленный смешок, принадлежащий Кларе, какой она была в восемнадцать лет.

— Миледи, – выговорил Винсен непослушными губами.

— Клара, Винсен, – ответила она. – Меня зовут Клара. А теперь пойдем к тебе.

Первые дни в завоеванном городе многое говорят о всей войне и ее целях. В лучшем случае протектор обращается к опыту прежних властей и находит способы сделать так, чтобы новый порядок не слишком противоречил жизненному укладу и ожиданиям горожан. В худшем случае захватчики уничтожают всех жителей и сжигают город до основания. В Суддапале происходило нечто среднее. Немногие пожары быстро погасили. Во время разграбления города затонули три шхуны, однако Маркус, видя множество уцелевших кораблей, подозревал, что желавшим покинуть гавань капитанам что-то помешало и они предпочли затопить свои суда. С городом обращались по большей части бережно, однако это скорее походило на заботу владельца о своем имуществе и не предвещало ничего хорошего жителям.