Книга Ледяное сердце эриды, страница 142 – Цитианка

— Они пришли за мной, — выдыхаю я, хрипло, с трудом удерживая нож. Рука дрожит, пальцы скользят по рукояти, но отпускать нельзя.

Теоден косится на меня через плечо, глаза узкие, напряженные.

— Тогда держись крепче, Селина, — бросает он. — Здесь никто бросать тебя не собирается.

Волк с клочьями шерсти бросается на меня, но Теоден перехватывает его мечом. Слышу, как лезвие с силой врезается в кость, звук глухой, по траве летят алые капли. Остальные звери не отступают, только сильнее давят кольцо. Я не успеваю оглянуться, как ещё один волк бросается сзади. Я заношу нож и режу его по боку, но зверь всё равно хватает меня за руку.

Каин сразу оказывается рядом, его меч режет зверя по шее, тот взвывает и оседает на землю, приминая траву под собой. Я едва держусь на ногах, пальцы скользят по ножу, ладонь вся в крови, тяжело дышать.

— Держись, — выдыхает Каин, голос звучит не зло, а скорее устало. — Если упадёшь — подниму. Вытащу из-под этих чёртовых зверей, ясно?

Я молча киваю. Рука горит от боли, как будто под кожей всё клокочет. Каин снова становится между мной и волками, сжимает меч, не даёт им подойти. Теоден рядом, его клинок мелькает, зверь отпрыгивает с разорванной лапой.

Круг хищников сжимается, волки становятся всё злее, подбираются почти вплотную. Морды уже прямо передо мной, я вижу клыки, их шерсть мелькает сбоку. Земля уже мокрая от крови — не знаю, моей или их.

Каин встаёт рядом, плечом прикрывает меня, опускает меч низко, ловит взглядом каждое движение зверя. Теоден меняет стойку, чуть выдвигается вперёд, чтобы стоять между нами и волками, заслоняя и меня, и Каина.

— Назад! — рычит он, не отпуская рукоять меча ни на секунду.

В этот момент раздаётся свист. Стрела с шумом рассекает воздух, вонзается в бок ближайшего волка, тот взвывает, отшатывается и падает на бок. Следом ещё одна стрела, попадает прямо в шею следующего зверя, который уже рвался к моей ноге. Вой сменяется хрипом, зверь оседает. Волки путаются, ищут глазами, откуда идёт угроза.

Мы сбиваемся плотнее, становимся почти спина к спине. Еще один волк падает с хрипом — стрела пробила ему шею насквозь. Остальные начинают пятиться, чуя что-то неуловимое. Один волк бросается в кусты, другой валится набок, оставляя за собой алый след. Через минуту лес снова наполняется тишиной. Слышу только тяжелое дыхание рядом.

Между деревьями появляется силуэт. Белые волосы стянуты в косу, на щеках иней, губы потрескались от холода и голода. В руках у неё лук, стрелы торчат из колчана за спиной. Лицо знакомое: вытянутое, с резкими скулами, губы сведены в жесткую линию. Я сразу узнаю этот взгляд — прямой, немного надменный, с той бледной мутью в глазах, которая бывает у тех, кто давно не питался.

Это Эсса.

— Да чтоб тебя… — Теодена уже готов броситься на неё, но я резко хватаю его за руку, чуть не падаю сама, но всё равно встаю между ними. Поднимаю ладонь, чтобы он не лез.

— Стой. Не трогай её.

Эсса замирает, лук опускается чуть ниже. Она смотрит на меня, так словно весь этот лес, все волки, вся наша кровь сейчас не так важны, как мой вид и то, с кем я стою.

— Селина? Что за… что за тряпьё на тебе?

Узнаю эту эриду. Она только что уложила стрелами полдюжины волков, но её удивляет вовсе не стая, не кровь на моих руках и даже не тот след зубов, который пульсирует болью до локтя. Нет, первое, что она видит — тойриса, человеческая одежда, прилипшая ко мне после воды.